— Что ты такое говоришь?
— Нашла к кому прийти, у кого просить помощи! — бросила она с болью и возмущением. — Зачем? Зачем ты это сделала?!
— Я ходила не к Тавеншельду! Мне помогает граф Бринмор!
Она всхлипнула и села обратно на койку.
Я тоже присела к ней снова, взяла за руку. Отталкивать меня в этот раз Иннис не стала, лишь сама крепче меня за руку взяла.
— Я… — хрипло произнесла она. — Прости, Астрид. Я просто…
— Ничего, — ответила я, — понимаю. Тавеншельд – наш каэр после Даммена, у него нам по закону следует искать помощи и заступничества. Но я бы никогда не пошла к нему, зная, как он с тобой поступил.
— Как он поступил… — едва слышно сказала Иннис. — Вот как он поступил, Астрид.
И она рассказала о том, как много лет назад одна юная служанка забеременела от графа. Граф велел служанке избавиться от «пуза», и девица отправилась к известной в округе травнице. Травница посоветовала не избавляться от плода, а устроить с помощью него свою дальнейшую жизнь. Девушка травницу послушала, плод травить не стала, и в положенный срок родилась прехорошенькая девочка.
Травница сообщила о родах жрецу, а также о том, кто отец, и жрец пошел к графу разбираться. Жрец не мог заставить графа признать ребенка, но хотя бы убедил того выделить какое-никакое содержание матери и ребенку, а также записал дитя под каэрским именем – Инесс. Однако для всех остальных Инесс была просто Иннис, дочкой служанки.
Служанка умерла рано, от болезни, а Иннис оставила у себя та самая травница. Она только рада была назвать хорошенькую и умненькую девочку своей внучкой и охотно учила врачеванию, надеясь, что та потом продолжит ее дело. А еще – распоряжалась деньгами, которые приходили на ее содержание от графа."
"Благодаря травнице Иннис хорошо знала историю своей бедной матери и имя своего отца – а также свое место. Она росла, как и ее знания, и становилась все более нужной – и простолюдинам с их хворями, и зажиточным горожанам, и даже каэрам. Только вот в замок графа ее никогда не звали. Таково было условие Тавеншельда: он дает Иннис деньги, но та никогда не появляется в его жизни. Но когда младший сын графа тяжело заболел, он, опасаясь за его жизнь, пустил-таки Иннис в замок, и травница вылечила парня. А тот втрескался в нее по уши, проходу не давал. Пришлось сказать правду – что Иннис его единокровная сестра и им никак нельзя быть вместе.
Графский сын не сразу поверил ей, но потом сам же стал требовать у отца признать ее своей дочерью. Однако этим упрямый идеалистичный парень сделал Иннис хуже: графиня, прознав об этом, жестоко «отомстила» девушке. Ее объявили лгуньей и продажной девкой, которая распускает о графе грязные слухи, и выпороли при всем народе.