В Усадьбе толстушки Астрид повсюду чувствуется непривычная роскошь и зажиточная среда. В доме же Тейга чувствует себя как в маленьком, уютном гнездышке. Астрид смотрится неординарно в такой обстановке, её присутствие кажется загадкой и напряжением.
— Байки, — прокомментировала я.
Действительно, когда Редландию насильно присоединял Ренс, некоторые высокородные бунтовщики объединились против захватчиков и, по слухам, спрятали свои богатства в Тулахском лесу, чтобы они ренцам не достались. Но места, где скрывались якобы бунтовщики, давно уже сто раз прочесаны, и за прошедшие многие десятки лет лес разросся, и шансы найти что-то крайне малы. Барон Даммен как-то даже поведал мне, что в плохие времена и сама Фиона Лорье клады искала. И, естественно, ничего не нашла, потому что клады просто так не теряются.
— Байки или нет, но Пегги при мне с соседкой золото в лесу обсуждала; дескать, уж ее-то сын найдет клад, не пропустит. Ждали они, когда бабка твоя помрет, чтобы усадьбу получить, землю перекопать. Но, видать, не такая уж и богатая усадьба была, да?
— Не такая уж, и никаких кладов, — кивнула я.
— Все равно ж продал он усадьбу и денег выручил. И – фьють! – сразу в город. А в городе деньги-то ой, как быстро улетают… Пегги ворчать стала, что тяжко им сына обеспечивать, одни траты.
— Из чего настойка, Уна?
Травница назвала состав, и мое сердце бешено забилось, когда я услышала последний ингредиент: блоховник. Тот самый, о котором упоминала Иннис.
— Я упреждала, и не раз, что настойка сильная, всего по капельке в питье надо добавлять, и то не больше двух раз в седмицу, — продолжила Уна. — И осенью прошлой, когда случилось с тобой это, плохое, я не сразу поняла… Лишь потом, когда тебя поскорее увезли и одним днем забыли, смекнула, что отравить-то тебя выгоднее, чем развод делать в городе… — Женщина замолкла.
Молчала и я, размышляя.
Итак, Пегги Васс, скорее всего, подмешивала ставшей неугодной невестке в еду или питье сонной настойки, о вреде которой знала.
— У тебя уверенный вид, ты дала мне золотую монету… Ты изменилась, но так бывает с людьми, которые вдохнули смерти, — сказала Уна осторожно.
