В зеркальном отражении подруги идет невидимый жених. В воздухе витает атмосфера нереалистичной романтики — платья по фигуре словно маскируют скромных под королевственными невестами, готовыми к любому сюжету чарующей истории.
А потом «привет» сказал, носик весь зацеловал! Моя радость! Мое солнышко. Ксу, подержи его, вот так, аккуратно. Мои любимые.
Даже не представляю, чтобы я делал в этой сумашедшей жизни сам, без Аны, без наших детей. Когда я впервые взял на руки Тедда, во мне зародилось какое-то неописуемое чувство. Я раньше ничего подобного не чувствовал.
Еще и отношение Ксу к Тео. Я долго думал, как она отреагирует на новость о пополнении, но все произошло более, чем прекрасно. Моя жена счастлива, дочь прекрасно приняла маленького братика, а сын… Они самое дорогое, что есть у меня.
Замечаяю выступившие на глаза слезы, но быстро моргаю и они пропадают. Не хватало, чтобы Ана заметила мужа-размазню-инвалида.
Нет, она ни за что не бросит меня. Она напоминает это каждый день. Я и сам это знаю, смотря на дочь и сына.
«Вчера всеми известный миллиардер Кристиан Грей был замечен прогуливающимся в парке с женой, приемной дочерью и двухмесячным младенцем. К сожалению, пол ребенка установить не удается.
— Счастливы? Как жаль, что это не на долго…
— Кристиан, помнишь, когда я приехала к тебе в офис, еще перед аварией, то в твоем кабинете была Елена? — Ана замолкает на секунду. Мне уже не нравится начало этого разговора, но я киваю, подтверждаю слова жены.- Что она там делала?
— Я так понимаю, что ты не забудешь этот разговор ни в коем случае?
— Правильно понимаете, мистер Грей.
— Что ж… если тебе так хочется все знать, то… Я пригласил ее к себе, чтобы самолично разобраться виновна ли она в смерти Кимов.
— Но… ты же сказал, что это была случайность. — Ана недоверчиво качает.
— Тебе так сказали по моей просьбе. Ни к чему хорошему волнения не привели бы. Кто-то хотел убить тебя и меня, ибо самолет был моим. — пожимаю плечами.
— И ты думал, что такое дело смогла бы провернуть Елена?
— Она до сих пор главный подозреваемый у меня.
— Ты так спокойно об этом говоришь…
— Чего пугаться? На меня совершали множество покушений, но, как видишь, я жив.
— Ох, Кристиан. Если с тобой что-то случится — я не переживу. — Моя маленькая подходит ко мне и опускается на колени, забирая из моих рук бумаги и кладя на большой дубовый стол.
— Все хорошо. Иначе и быть не может. Помни об этом. Хорошо? — поглаживаю одной рукой голое бедро, из-за подскочившего платья-рубашки.
— Да. Люблю тебя, Кристиан.
— И я тебя люблю, Анастейша.
