В зеркальном отражении подруги идет невидимый жених. В воздухе витает атмосфера нереалистичной романтики — платья по фигуре словно маскируют скромных под королевственными невестами, готовыми к любому сюжету чарующей истории.
— Просто уколи мне что-то, чтобы я не чувствовала боли, Лиз…
— Сейчас, все сейчас будет, успокойся.
На секунду выпадаю из реальности и не могу понять, что со мной происходит. Кристиана нету возле меня, но и боли я не чувствую тоже. Передо мной натянута голубая простыня и я ощущаю что-то странное в районе живота, но не могу понять, что это.
— Детка, — Кристиан прижимает мою безвольную руку к губам. — Не плачь, все хорошо. Все хорошо, малышка. Сейчас мы увидим наших детей.
Тянущее чувство лишь усиливается, и я приподнимают голову, чтобы посмотреть, что со мной делают, но громкий пронзительный плачь отвлекает меня.
— Ты сделала это, Ана! — Лиз улыбается, и хлопает Кристиана по плечу. — Доктор Динк, продолжаем, мальчик на подходе.
Я услышала крик ребенка, и почувствовала гордость за то, что дала жизнь кому-то. Я вытерла слезы, когда они унесли моего ребенка куда то-то.
— Девочка, два килограмма, рождена в девять часов тринадцать минут.
Господи, это девочка.
— Это девочка, — Кристиан опустил голову, когда они принесли ее.
— Кристиан, возьми ее первый, — я заплакала, когда он был больше, чем счастлив, кода я сказала это.
Он взял ее и посмотрел так, будто держал весь свой мир. Я была так счастлива, что она родилась здоровой. Я вижу, как ее крохотные ручки двигаются возле лица Криса, когда он поднес ее ближе к себе и прошептал какие-то милые слова.
— Привет, малышка, — тихо произнес он. — Я твой папочка. Ты такая идеальная, такая идеальная.
Он держал ее так аккуратно. Его улыбка была такой искренней, а слезы — настоящими.
— Ты такая маленькая. Я думал, мамочка раскормит вас всей той едой, что она ела.
— Я хочу… — я попыталась заговорить, но была слишком взволнованна.
Кристиан уже знал, чего я хочу, поэтому аккуратно передал мне ее. Ее глазки были закрыты, а губки открывались и закрывались. Она издала несколько звуков, а потом открыла свои голубые глаза и посмотрела на меня. Ее кожа была такой нежной и розовой, а волосы были темными. Она была идеальной.
— Привет, — пропищала я. — Я твоя мамочка.
— Мальчик, два с половиной килограмма, рожден в девять часов двадцать минут.
Мне на грудь положили еще одно кричащее тельце, и я обняла моих детей. Мальчик и девочка. Моих малыши. Они такие красивые. Я вас так люблю.
Кристиан утирает глаза и счастливо улыбается, поглаживает меня по голове и целует посапывающих деток в их маленькие лобики.
— Господи, Ана, я самый счастливый человек во всем мире. Я люблю тебя, счастье мое.
