— Опять же, это только мои догадки, — вздохнул Да Цин. — Слишком древние времена, слишком глубокие воды, а ты… Как тебя угораздило? Неужели тебе настолько хотелось влезть к нему в штаны?
Это прозвучало вдвое трагичнее, потому что Юньланю так до сих пор ничего и не перепало, но…
— Поздно, — бросил Юньлань, затушил сигарету и выкинул её в кучу строительного мусора. — Все твои предостережения несколько запоздали.
— Всё потому, что ты сразу не признался мне, кто он такой, когда начал к нему подкатывать, — ворчливо заявил Да Цин. — Если бы я знал, я бы остановил тебя, чего бы мне это ни стоило.
— Под «несколько», — хмыкнул Юньлань, — я имею в виду, что ты опоздал на несколько тысяч лет.
Чёрный кот удивлённо уставился на него. На мгновение ему показалось, что Чжао Юньлань каким-то образом сумел всё вспомнить; но мгновение прошло, а Юньлань только поджёг очередную сигарету и встал у окна, наступив в разлившееся по полу пятно света.
Они сидели так, пока у Юньланя не закончилась пачка. А потом тот затушил ногой последнюю сигарету, поднял Да Цина на руки и вышел из квартиры.
— Куда мы? — спросил Да Цин.
— В офис, — отозвался Юньлань. — Мне нужен Чу Шучжи, а потом… Кое-кто из ада задолжал мне визит. Пора объяснить им, что никому, кроме меня, не дозволено эксплуатировать моих сотрудников.
Дневная смена дома номер четыре на Яркой улице только что закончилась. Чу Шучжи ещё не было на месте, и Юньлань, подготовив Да Цину сушёной рыбки и молока, ушёл в библиотеку.
У двери он нашёл пару защитных очков и нацепил их, а затем оглянулся по сторонам: в углу Ван Чжэн о чём-то отчаянно жестикулировала Сан Цзаню, и Юньлань негромко буркнул:
— Да-да, не обращайте на меня внимания.
Ван Чжэн шикнула на него и убежала.
Сан Цзань бездумно провёл ладонью по волосам: с его толстокожестью он попросту ничего не заметил.
— Снова ищешь Куньлуня?
Глаза Чжао Юньланя за стёклами очков сегодня были особенно холодны. За последние дни он словно похудел и обзавёлся странной аурой человека, к которому не следует подходить слишком близко.
— Не нужно. Всё самое важное давно кто-то стёр. — Юньлань пробежался кончиками пальцев по корешкам. — Сегодня меня интересует Нюйва.
Сань Цзань помедлил с ответом.
— Нюйва, сотворение людей, восстановление небес, битва с Жёлтым Императором [2], Гун-гун… Всё из этой области. Можно стереть одного человека, но не всю историю целиком, — пробормотал Юньлань, взбираясь по лестнице.
Скрестив ноги, он уселся на самой высокой ступеньке и принялся рыться на полках, одну за другой выбрасывая книги на пол. Сан Цзань не стал ему мешать, только тихо подплыл к лестнице и начал собирать брошенные книги в аккуратные стопки.