После этого, чтобы завершить ритуал, бумагу требовалось немедленно сжечь и проглотить пепел.
В древности, когда кто-то из стариков заболевал, их дети или внуки временами отдавали им какую-то часть жизни по своей воле. Но теперь люди позабыли об этих ритуалах, и только последние трусы и эгоисты, ничего не понимающие в магии, иногда умудрялись раскопать этот старый рецепт и воспользоваться им для кражи чужих жизней.
Раньше, если ритуал не удавался, и больной всё равно умирал, его ребёнок или внук мог с помощью молитвы, благовоний и другого специального ритуала вернуть себе потерянное время. Но с кражей и разговор другой. В случае успеха заклинатель, помогающий провести ритуал, обзавёлся бы деньгами в ущерб своей добродетели. А в случае провала магия оборачивалась против исполнителя и отнимала его собственную жизнь.
Так что человеческое тело рядом с трупом чёрной собаки не было особенной редкостью на седьмое января. Каждый год у спецотдела было сразу несколько таких дел, так что Чжао Юньлань переслал письмо Ван Чжэн остальным, попросив тех, кто свободен, съездить и взглянуть.
Пока он печатал, у него начали отчаянно слипаться глаза, и выдержки Юньланя хватило только на то, чтобы нажать «Отправить».
Сразу после этого он отключился, как лампочка, и провалился в сон, не успев сосчитать и одной овцы.
Когда Чжу Хун получила его сообщение, она медитировала на крыше. Её длинный змеиный хвост размотался из аккуратных колец, пока она пыталась впитать ускользающий лунный свет. С северными городами всегда так: зимой солнца не видать, и если не туман, так снег. Ночи, когда выглядывала луна, были драгоценной редкостью, и Чжу Хун поспешила урвать возможность помедитировать.
А открыв глаза, она с удивлением обнаружила, что напротив неё сидит ещё один человек.
Тот взглянул на неё и сказал:
— Много лет назад ты не справилась с заклинанием и была покалечена небесной карой. Я оставил тебя под защитой Хранителя, надеясь, что его энергия ян тебя сбережёт. Судя по всему, мои надежды сбылись.
Взмахом руки он заставил небольшую беседку появиться на крыше. Внутри располагался большой поднос с принадлежностями для чайной церемонии и чайник, уже закипающий на маленькой плитке.
— Пойдём, — позвал Четвёртый Дядя, приглашая Чжу Хун внутрь.
Её хвост обернулся ногами, и по пути в беседку она быстро просмотрела сообщение от Чжао Юньланя.
— У Хранителя есть для меня дело…
— За кражу чужой жизни вор получил то, что ему причитается, — отрезал Четвёртый Дядя, взглянув на сообщение, и невозмутимо продолжил: — Я пришёл, потому что мне нужно кое-что с тобой обсудить.
Четвёртый Дядя был главой клана змей. На его лице вечно красовалась доброжелательная улыбка, не позволяющая прочесть, что за ней прячется.