Зная, что шокер не подчиняется Го Чанчэну напрямую, а реагирует на его страх, Чу Шучжи живо убрал пустую бутылку в паз и сощурился, глядя на стоящую на крыше фигуру:
«Заклинатель» больше не улыбался. Холодно глядя на Го Чанчэна сверху вниз, он спросил:
— Да, дружочек, не подскажешь, в чём дело?
— Он… — выпалил Го Чанчэн. — Он… Его тень…
Чу Шучжи молча щёлкнул фонариком. В ярком пятне света тени их попутчику негде было прятаться, и её стало прекрасно видно. Парень покачал головой и сел, небрежно скрестив ноги и не пытаясь ускользнуть от направленного на него луча фонарика.
— Что не так с моей тенью? — как ни в чём не бывало спросил он.
Чу Шучжи посмотрел на Го Чанчэна. Тот всё ещё не мог подобрать нужных слов.
— И это ваша благодарность, — вздохнул парень. — Я ведь вам правда помог. И взамен мне ничего не нужно, но если бы я не увернулся, то умер бы на месте, и всё из-за тебя! А с виду такой честный и добрый малый!
Чу Шучжи сунул руки в карманы и нахмурился. Свисток на его груди вдруг замолк, и вдалеке послышался шорох чьих-то шагов, заставив Го Чанчэна похолодеть от ужаса. Где-то совсем близко раздалось тяжёлое дыхание, а затем из-под земли прямо между Го Чанчэном и Чу Шучжи вылезла огромная морда призрачного зверя и уставилась прямиком на Чанчэна.
Силы Великой Печати утекали с каждой минутой. Призрачное племя, наводнившее мир живых, шло по следу свежей плоти и крови.
В городе недалеко отсюда об этом ещё не знали.
Король Цингуан поднял руку и стёр видение, отразившееся на поверхности воды, и с тяжёлым сердцем обернулся к Чжао Юньланю — бандиту с пистолетом, захватившему в заложники судью:
— Лорд Хранитель, разве вы не понимаете? Великая Печать пала. Все эти годы её защитником был Палач Душ, а теперь его и след простыл, и неясно, жив он или мёртв. Огни по сторонам дороги в преисподнюю продержатся недолго. Первым в этой катастрофе пострадает ад, а мир живых окажется на очереди следующим. Я умоляю вас успокоиться: не будь обстоятельства столь особенными, наша встреча прошла бы совершенно иначе. Но сейчас нам следует действовать вместе, и только так мы сможем пережить грядущее бедствие.
К счастью, Чжао Юньлань прекрасно понимал, как работает игра в хорошего и плохого полицейского. Сузив глаза, он выпустил судью из своей хватки, но пистолет опускать не стал и смерил долгим взглядом утопленную в воде Лампу Хранителя.
— Что именно хочет мне сказать король Цингуан?
Снаружи творилось что-то невообразимое, но даже когда беда уже теснилась на пороге, король Цингуан оставался твёрдым и недвижимым, как скала. Его изображение послужило бы отличным описанием пословицы «под лежачий камень вода не течёт».