– А вы не останетесь до девятого дня?
– Ах, какие глупости, неужели и ты разделяешь эти суеверия?
– Вопрос не в суевериях, ведь придут люди.
– Соня справится. Я ей оставляю ключи. Я еще не решила, буду ли сама здесь обитать… вернее всего, мое прежнее решение – сдать квартиру, с которой связано столько всего плохого, остается в силе. Ты согласна?
– Честно говоря, меня это не касается.
– Нет, касается, касается… ты теперь как бы член нашей маленькой семьи.
– Вы уезжаете в Переделкино?
– Потому что сегодня суббота, тебе не надо идти в институт, тебе не надо готовить обед для мужа – ты свободна как птица. И потому мы полетим вместе.
Лидочка лихорадочно придумывала причину, которая не позволит ей тащиться за город с этой рабовладелицей. Но ничего не придумывалось. В голове плавала пустота. Вернее, мозги плавали в пустоте.
– Но я думала, что вы сможете доехать сами. Ведь сегодня – вторник, а не суббота, и народу в электричке не так много, а там вам всего десять минут ходьбы.
– Нет, ты не поняла меня, крошка. Если бы речь шла только о возвращении в Переделкино, я, конечно, не стала бы тебя беспокоить – я бы позвонила в Секретариат Союза, чтобы за мной прислали машину и перевезли меня в Переделкино. Но перед нами с тобой стоит куда более важная задача, и наша поездка входит в круг твоих интересов и устремлений.
– Татьяна Иосифовна, пожалуйста, не говорите так сложно! У меня голова идет кругом.
– Сейчас твоя молодая хорошенькая головка занята задачей – что придумать, чтобы не тащиться с толстой старухой по зимним сугробам к черту на куличики и не потерять целый день. Правда?
– Татьяна Иосифовна, я этого не говорила.
– Но думала, моя милая, думала. Я бы на твоем месте вела себя решительнее – если заниматься филантропией, надо забыть о собственных делах. Но я сейчас предлагаю тебе сделку. Ты провожаешь немощную старуху до Переделкина, но с заездом во Внуково. То есть в Малаховку через Конотоп. Как тебе это нравится?
– Вы имеете в виду что-то очень увлекательное, – ответила Лидочка. – Вы хотите сделать мне какой-то неведомый подарок.
– Ах ты, мой маленький хитрец! – возрадовалась Татьяна Иосифовна. – Ты заставляешь меня открыть карты. И я не буду больше терзать тебя неизвестностью. Дело в том, что я не зря провела дни в этой квартире. Я ее буквально разобрала на молекулы. Ты спросишь – зачем? В силу сложившихся в нашей семье отношений, Аленка унаследовала весь архив моей матери, все ее секреты.
