Дом, где жил Чапленд, был переоборудован в двухквартирный. Об этом свидетельствовали два звонка и столько же табличек с именами жильцов.
Кейт позвонила в дверь. Где-то над головой в холодном воздухе кричали чайки. Бледное ноябрьское солнце низко стояло над морем. «Уютный квартал», – подумала Кейт.
Дэвид Чапленд открыл дверь как раз в тот момент, когда она собиралась развернуться и идти к машине. Он был босиком, джинсы закатаны до лодыжек, руки в чем-то вроде сажи. Вопросительный взгляд устремлен на гостью:
– Да?
Очевидно, она некстати.
– Извините, я…
– В чем дело?
Кейт протянула было руку, но отдернула ее в тот момент, когда поняла, что мистер Чапленд не сможет ее пожать. И еще больше смутилась, осознав свое глупое поведение.
– Кейт Линвилл. Понимаю, как это раздражает, когда кто-то стучится в дверь без предупреждения…
«Это из-за моей работы, – подумала Кейт. – Из-за нее я оказалась в дурацком положении».
Сотрудники полиции часто заявляются без предупреждения. Но они не заикаются. Достают удостоверения и просят уделить им минутку внимания. Вежливо, но твердо. Было бы кстати ткнуть в лицо Чапленду удостоверение. Сразу все встало бы на свои места.
– Нет проблем, – ответил он. – У меня только что был теплотехник, и я убираю беспорядок, который он после себя оставил. Никогда больше не обращусь в эту компанию. У меня отопление отказало позавчера, нужно было принимать меры… Обычно в это время я в офисе.
– Я журналистка, – сказала Кейт. На этот раз ложь слетела с губ легко и естественно. – Из Лондона. Работаю над статьей об ужасах, которые здесь происходят. Я имею в виду исчезновение девушек. Одна из них найдена мертвой. Другой удалось бежать.
– Понимаю. Это потому, что я помог вытащить Амели Голдсби из воды?
– Да. У меня к вам несколько вопросов, но, конечно, я могу зайти и в другой раз…
– Все нормально, входите. Только у меня сейчас холодно, отопление только что включили. Хотите горячего чая?
Они устроились на кухне, окна которой выходили в сад. Крутая лестница вела в квартиру Чапленда. Середину кухни занимал большой деревянный стол, вокруг царил живописный беспорядок. Чапленд предложил Кейт сесть, вымыл руки и заварил чай, выставив на стол две чашки, сахар и молоко. Кейт сжала чашку в ладонях. У нее зуб на зуб не попадал. Хорошо, что предусмотрительно не сняла пальто.
– Что ж, – начал Чапленд, – вряд ли я смогу сказать что-то новое. Мои показания по большей части уже попали в газеты. Тем вечером я шел по Кливленд-уэй и увидел того человека… забыл, как его зовут…
– Алекс Барнс."
"– Точно. Мистер Барнс лежал на животе на причальной стене. Приблизившись, я разглядел, что он держит за руки девушку. Она висела в воде, полумертвая от ужаса, и у него не хватало сил ее вытащить.