Одиннадцать человек едут в автобусе, и пробуждение от сна открывает разные миры. Разные люди просыпаются по-разному, и их внутренние переживания отражаются в снах, где играют понятия опасности и желания. Между ними возникает напряжение, связанное с загадочными взглядами и скрытыми истинами.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Увидеть лицо»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Одиннадцать человек едут в автобусе, и пробуждение от сна открывает разные миры. Разные люди просыпаются по-разному, и их внутренние переживания отражаются в снах, где играют понятия опасности и желания. Между ними возникает напряжение, связанное с загадочными взглядами и скрытыми истинами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Мария Александровна Барышева Легкое чтение Любовные романы Фантастика Самиздат подборки серии
Одиннадцать человек едут в автобусе, и пробуждение от сна открывает разные миры. Разные люди просыпаются по-разному, и их внутренние переживания отражаются в снах, где играют понятия опасности и желания. Между ними возникает напряжение, связанное с загадочными взглядами и скрытыми истинами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Взял и вытащил! Эта комната… этот дом… иногда мне кажется, что мое сознание вывернули наизнанку, и теперь его могут видеть все, а не только я!
— Знаешь, я думаю, тебе сейчас лучше поспать, — проговорил Виталий, вставая. Алина криво улыбнулась.
— Думаешь, я спятила? Тогда утром, когда Жорка протрезвеет, спроси у него, почему он так раздражается из-за картин, которые висят по всему дому! Спроси у него! Спроси, почему он рассматривал их даже ночью!
— Хочешь сказать, что он…
— Я поняла это, когда нашла в библиотеке свой роман и открыла его! Это его картины! Картины, которые он рисовал только для себя или не рисовал вообще, но видел их, знал, как их нарисовать! кто-то залез к нам в головы…
— … и поиграл с памятью!
— Нет, хуже! Намного хуже! Все это…
— Давай подождем до утра, ладно? Я, разумеется, поговорю с Жоркой… но все утром. Не возражаешь, если я возьму ее? — он постучал указательным пальцем по книге. Алина пожала плечами.
— Бога ради. Мне незачем ее читать.
Виталий кивнул, взял книгу и пошел к двери. Когда его ладонь уже легла на ручку, Алина сказала:
— Спасибо тебе. Хоть ты и… ну вообще… спасибо. И я… ну, по отношению к тебе… вела себя не очень правильно.
— Наверное, тебе было очень трудно это сказать, — с усмешкой заметил Виталий, открывая дверь. Алина мгновенно ощетинилась.
— Только не думай, что теперь я…
— Ничего я не думаю, — в тон ей ответил Виталий и вышел.
Несколько минут Алина лежала, глядя в потолок, потом решительно вскочила с кровати и, замотавшись в одеяло и волоча его за собой, быстро подошла к двери. Заперла замок и тщательно проверила его. Потом подошла к окну, закрыла форточку и придирчиво проверила все задвижки. За стеклом по-прежнему стучал дождь, и внезапно Алине показалось, что она провела здесь уже многомного дней. Она взглянула на полосу деревьев, окружавших дом, потом сделала шаг назад и резким движением задернула шторы. Они сошлись синхронно, словно занавес, скрывающий очередной отыгранный акт.
Как обычно ее разбудило чувство голода. Светлана приоткрыла глаза и тут же снова закрыла их — даже слабый свет ночника больно резанул, вспышка превратилась в боль, в затылке заныло, потом боль растеклась по всей голове. Всетаки, она выпила слишком много шампанского. В следующий раз нужно быть поосторожней.
Снова приподняв веки, она повернулась на бок и улыбнулась, глядя на чуть слышно посапывающего рядом Бориса, крепко вжавшего левую щеку в подушку и хмурящегося во сне. Спящий, он выглядел еще более красивым — почти богом. Даже его отдающее перегаром дыхание не вызывало отвращения, этот перегар был не таким, как у всех, он был особенным, словно Борис вкушал не вино, а божественный нектар.
