Теперь надо попытаться хоть немного прийти в себя. Мне позарез нужно встретиться с сотней грамм — и, наверное, не одной. Кто-нибудь сходит со мной на кухню?
— Я хочу есть? — плачущим голосом произнесла Кристина, и из ее глаз вдруг потекли слезы — тихо, беззвучно, пятная красную ткань кофты. — А пригготовить тепперь некому. Некому!..
— Некому, — слабым, похожим на вздох эхом отозвался Борис и, отвернувшись, побрел по коридору.
Они снова сидели в гостиной, но теперь совсем не так, как час назад — всего лишь час, который теперь походил на огромную пропасть, разделявшую два совершенно разных мира. Жевали, исподтишка следили друг за другом, то и дело кто-нибудь выглядывал в окно или напряженно прислушивался. По телевизору шел фильм "Прогулки с динозаврами". Звук был выключен. Жора мерил шагами комнату, иногда останавливаясь и поглядывая то в окно, то на часы.
— Слушай, перестань ты мельтешить! — раздраженно сказала, наконец, Ольга. — Уже голова кружится!
— Мне так лучше думается, — пояснил Вершинин, потом взглянул на открытую дверь залы. Там, за столиком сидел Борис, согнувшись и уронив голову на руки. Часысобор, деловито отсчитывавшие время, теперь стояли не на полке, а на столе, перед ним. — Зря ты так с ним, Олег. Он совсем сломался.
— Ничего не зря! — упрямо возразил специалист по транспорту, старательно пережевывавший кусок колбасы. — Ему полезно!
— Из тебя психолог, как из навоза пуля! — заметила Марина. Олег глянул на нее свирепо.
— Зато из тебя офигенный! Чýдно сидим — все друг за другом следят!
— Ладно вам, дом закрыт, бизнесмен заперт! Можно хоть чутьчуть расслабиться, — Петр потянулся к бутылке с водкой, чтобы налить себе очередную порцию, но сидевший рядом Виталий вдруг выхватил у него бутылку.
— Мы решили, что можно выпить, а не напиваться! — рявкнул он и с размаху шваркнул бутылку о стену и та разлетелась в брызгах осколков, оставив на обоях большое мокрое пятно. В комнате резко запахло спиртом. Кристина ахнула.
— Ты что — офонарел?! — взвился Петр.
— Что со Светкой случилось — видел?! Хочешь стать таким же?!
— Да не психуй ты, — устало сказал Олег. — Тебя ведь никто не заставлял брать на себя ответственность за нас.
— Но я взял! — Виталий воткнул сигарету в пепельницу так, что полетели искры. — Мне следовало… — он повернулся к Алине. — Ты правильно тогда сказала! Мне следовало поразмыслить, чем все это может закончиться. Ты говорила, что мы не придаем происходящему особого значения. А может, это твой способ заставить нас осознать, насколько все это важно?! Тебя ведь не устраивало, что все только и делают, что жрут, пьют и трахаются, разве ты не это говорила, моралистка?!
Алина, расширив глаза, начала медленно вырастать из кресла, но Олег дернул ее за руку, и она плюхнулась обратно.