В столе заходит молодой человек с кухни, в руках — жареный кусок мяса. Несмотря на начавшийся ужин, она продолжает нерешительно говорить, взгляд проникновенно оценивая его решение остаться. Передо столом лежит гарнир из спаржи, хотя герой не любит этот продукт, но старается принять и даже полюбить то, что она готовит....
— Настенька, доченька, как хорошо, что ты приехала.
— Работы много. — Подставляю щеку для поцелуя.
— Это понятно. Но отдыхать тоже надо. Нельзя же думать только о работе, — мило и назидательно выговаривает мне она.
— Я не забываю, у меня в телефоне напоминание.
Все смеются, будто я сказала что-то очень-очень смешное. Не смеемся только я и моя сестра. Полина смотрит на меня внимательно и оценивающе: ищет изъяны. Но не находит. К ее великому сожалению. Она бы хотела для меня грудь поменьше, морщин побольше, а волосы потоньше.
Чокнувшись со всеми бокалом за здравие маменьки и чуть пригубив вина, приступаю к еде — голодна ужасно, сегодня не обедала. В разговор не погружаюсь, ничего нового не обсуждается. Каждый дает маленькое представление. Мама гордится дочерьми, папа — собой, Полина — бриллиантами в ушах, а Демьян… Демьян ничем не гордится, он смотрит мне в рот. В прямом и переносном смысле этого слова.
Зверинец, одним словом, да.
Пора валить отсюда, пока я кого-нибудь не сожрала…
— Как Филипп поживает? — интересуется вдруг Полина.
Хотя нет, не вдруг. Это Дёмка доигрался.
— Прекрасно, — отвечаю миролюбиво, при этом зная: сейчас в ход пойдет тяжелая артиллерия. Сейчас Настя должна срочно стать неудачницей, у нее же ни семьи, ни детей, а только престарелый любовник. В ее-то возрасте!
— Жениться на тебе не собирается?
— Я не спрашивала.
— Как это не спрашивала? Не хочешь замуж?
— Мне нельзя замуж.
— Почему это? — смеется Полина наигранно, оттого немного визгливо.
"— Потому что я люблю спать поперек кровати, — серьезно говорю, глядя на Демьяна. У меня тоже есть свои приемы. Запрещенные. Всего один. Но мне его на всю жизнь хватит. Давно прошло то время, когда я позволяла кому-то безнаказанно ездить мне по нервам. — Дёма, я машину оставила на служебной, ничего? — говорю таким тоном, точно не про служебную стоянку спрашиваю, а предлагаю себя трахнуть.
Демьян больше не смотрит мне в рот. Он смотрит на мою грудь.
