Автор
Шестой граф Салташ окинул взглядом обеденный стол с чувством гордости, переполнявшим его. Здесь часто принимали королевских гостей и послов, но теперь это место стало обычным для дворцового стюарда, который вспоминал прошлое величие семьи.
Однако не может быть, чтобы вы остались присматривать за воротами!
– Я здесь ненадолго! – заверил девушку Джон. – В этом занятии есть свои прелести, но думаю, очень скоро оно начнет навевать на меня смертельную тоску. Впрочем, пока я побуду здесь. Разумеется, если меня не разоблачат и не выгонят отсюда.
– Но ваши родные… и друзья! Они будут беспокоиться, не зная, что с вами случилось!
– О, они тревожиться не станут. Я уже проделывал подобные вещи.
– Вы когда-то следили за воротами? – воскликнула мисс Сторневей.
– Нет, не об этом речь. Я просто исчезал на неделю-другую. Не знаю, в чем тут дело, однако время от времени чувствую, что больше не в силах наблюдать за тем, как растет репа, и наносить визиты вежливости соседям, – извиняющимся тоном произнес он.
Она вздохнула.
– А вы везунчик! Я тоже иногда хотела бы куда-нибудь исчезнуть! Как жаль, что я не мужчина!
Он ласково посмотрел на нее.
– Вам хочется сбежать?
– Да!.. Нет! Я не могу покинуть дедушку. Он совершенно беспомощен и очень стар.
– Вы здесь живете всю жизнь?
– Почти. Мой отец умер, когда я была ребенком, и мы приехали жить к дедушке. Когда мне было шестнадцать, умерла мама. Потом Джермин ушел на войну и погиб. – Она сделала паузу, а затем бодрым тоном добавила: – Все это в далеком прошлом. И не думайте, что дедушка удерживает меня здесь против моей воли! Это совершенно не так! Он не успокоился, пока не вывел меня в свет… Хотя я предупреждала его, чем это закончится!
– И чем же это закончилось? – заинтересовался Джон.
Мисс Сторневей поджала губы, изображая светскую даму, но ее глаза искрились смехом.
– Я там не прижилась, – торжественно сообщила девушка. – И умоляю вас, не надо напускать на себя святую невинность и спрашивать меня, как так могло получиться! Вы должны совершенно отчетливо понимать, что произошло! Я слишком рослая. Дедушка обязал мою тетю Софию приютить меня на целый сезон и даже представить меня в гостиной короля. Когда тетушка увидела меня в кринолине, нам пришлось приводить ее в чувство нашатырем и жжеными перьями.
– Должно быть, я был тогда в Испании, – задумчиво произнес капитан.
