Автор
В непроглядном тумане девочка шарахивается от каждого звука. Вместе со страхом нарастает невыносимая усталость. Она шагает, крадучись и прислушиваясь каждому жужжанию насекомых или хрусту веток под ногами. Каждый шаг кажется предательским, но она не останавливается — это ее последняя надежда выбраться....
Но как только я добралась до белоснежных камней – обломков стен, то поняла, что придётся карабкаться вверх и быстро. Ноги болели после ночи, проведённой на холодной земле. Рук я просто не чувствовала. Только дикое желание дышать и сохранить свою душу заставляло меня двигаться.
Мне бы смириться с судьбой… Но бросить весло я не смогла.
Жить хотелось как никогда до этого.
Зарычав, словно раненый зверь, я лихорадочно соображала, что делать. Оторвав от линялого старенького протёртого подола платья полосу ткани, привязала, как смогла весло к руке.
Это было ужасно неудобно, но я карабкалась по руинам с ним.
Поставив ногу на очередной уступ, подтянулась вверх. Потом ещё выше. Цепляясь на выемки, я забиралась на крышу. Очередной рывок и моя стопа соскользнула. Не удержавшись, я поехала вниз.
Паника. Я вообще перестала соображать, что делаю.
Голова словно отключилась. Ухватившись рукой за прогнившую деревянную балку, остановила падение. Пальцы обожгло болью.
Перед глазами расплылись красные круги. Дезориентированная, я даже вдох не могла сделать. Словно забыла, как дышать.
Но время, оно уходило.
Рвано выдохнув, зажмурилась и спустя пару мгновений снова полезла наверх.
Куда? Сама не понимала.
И главное, зачем?
Кто меня здесь искать будет?
Была одна надежда, что мёртвые потеряют меня из виду.
Обернувшись, я заметила, как неупокоенные медленно вылезают из воды.
Их оказалось куда больше, чем мне думалось.
Глава 19
С трудом забравшись на верхние перекладины, на которых некогда держалась обрушившаяся крыша, озиралась.
Голые деревья с почерневшими, покрытыми зелёными водорослями и мхом стволами. Скрюченные, изогнутые под нелепыми углами ветви опускались до самой воды. Подо мной покоились частично вросшие в илистую вязкую землю белые камни-блоки.
Я никогда не слышала, чтобы кто-то хотя бы вскользь упоминал старый разрушенный храм.
Чтобы хоть одна живая душа видела его.
Неужели никто ни разу не прибивался к этому берегу, остров-то приметный. Большой."
"Дымно-синий туман скрывал от меня часть суши. Что там – я не понимала. Но сердце кололо предчувствие.
Нет!
Скорее отчётливое понимание, что мне всё здесь не ново.
Древний храм пугал до дрожи. До одури. Закрывая глаза, я будто слышала песнопения и стоны агонии. Треск костров. Крики воронья."
