Стамбул шепчет тайны на фоне тишины субботней ночи. Муфтияр Хаджиб Кафир сидит за столом в своих калошах, уставившись в окно на старинные минареты, где мир царит как будто в стенах его собора. Здесь каждый уголок — от тихого бара до оазисов покоя — дышит историей и тайными узами крови, которые соединяют разные эпохи и народы....
Вальтер к этому времени уволил всю домашнюю прислугу, за исключением уборщицы, приходившей к ним прибирать один раз в неделю. Анна и дети остались одни в доме, полностью в его власти. Его необходимо было изолировать от семьи. Вылечить его уже, видимо, было невозможно. В пятнадцатом веке сумасшедших обычно собирали вместе и сажали в своеобразный плавучий дом, Narrenschine, корабль дураков, но в наше время у современной медицины не могло не быть средств как-нибудь все же помочь Вальтеру.
* * *И вот в этот сентябрьский день Анна, съежившись, сидела на полу своей спальни, в которой Вальтер запер ее, и ждала его возвращения.
В ушах зазвучал незнакомый голос:
– Hello. Hier ist der Notruf der Polizei. Kann ich Ihnen helfen?
– Ja, bitte! – Голос ее дрожал. – Ich...
Рука, вдруг неожиданно появившаяся из ниоткуда, вырвала у нее трубку и с силой бросила на рычаг.
Анна в ужасе отпрянула.
– Пожалуйста, – отступая, захныкала она, – не бей меня.
Вальтер с горящими, бешеными глазами медленно надвигался на нее и вкрадчиво, тихо, так, что она едва различала слова, говорил:
– Либхен, я и пальцем не трону тебя. Я люблю тебя, ты же знаешь!
Он прикоснулся к ней, и от его прикосновения по коже у нее пошли мурашки.
– Никакой полиции нам ведь не надо, правда?
Она утвердительно кивнула, не смея от ужаса раскрыть рта.
– Во всем виноваты дети, Анна. Мы избавимся от них. Я... Внизу зазвенел дверной колокольчик. Вальтер застыл на месте. Звонок повторился.
– Жди меня здесь, – приказал он. – Пойду узнаю, в чем дело.
Боясь шевельнуться, она молча смотрела, как он вышел из комнаты, как с силой захлопнул за собой дверь, слышала, как с наружной стороны щелкнул замок.
В ушах назойливо звучало:
– Жди меня здесь!
Вальтер Гасснер сбежал вниз, подошел к входной двери и открыл ее. На пороге стоял человек в серой униформе посыльного.
– Я обязан передать это лично в руки господину и госпоже Гасснер.
– Давайте, – сказал Вальтер. – Я – Вальтер Гасснер.
Он закрыл дверь, посмотрел на конверт, затем вскрыл его. Медленно прочитал содержащееся в нем сообщение:"
"С ГЛУБОКИМ ПРИСКОРБИЕМ СООБЩАЕМ, ЧТО СЭМ РОФФ ПОГИБ ПРИ ВОСХОЖДЕНИИ. ПРОСИМ ПРИБЫТЬ В ЦЮРИХ В ПЯТНИЦУ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ ДНЯ ДЛЯ ЭКСТРЕННОГО СОВЕЩАНИЯ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ.
