Стамбул шепчет тайны на фоне тишины субботней ночи. Муфтияр Хаджиб Кафир сидит за столом в своих калошах, уставившись в окно на старинные минареты, где мир царит как будто в стенах его собора. Здесь каждый уголок — от тихого бара до оазисов покоя — дышит историей и тайными узами крови, которые соединяют разные эпохи и народы....
Аналогичные преступления были зафиксированы в шести разных местах: Швейцарии, Англии, Италии, Португалии, Западной Германии.
Рене Алмедин сказал Максу:
– Описания совпадают до мельчайших подробностей. Все жертвы – блондинки, молоды, задушены в момент окончания полового акта, нагие, за исключением красной ленты, повязанной вокруг шеи. Мы столкнулись с убийцей, который либо обладает выездным паспортом, позволяющим ему беспрепятственно перемещаться из одной страны в другую, либо достаточно богат, чтобы оплатить такие переезды другим.
В это время в кабинет вошел человек в штатском и сказал:
– Нам здорово повезло. Мы выяснили, что пленка была изготовлена на одном небольшом предприятии в Брюсселе. К счастью, в этой партии пленки оказался какой-то производственный дефект: негармоничное сочетание красок, по которому ее легко распознать. Они обещали прислать нам список людей, кому была продана именно эта партия пленки.
– Могу я ознакомиться с этим списком, когда вы его получите? – спросил Макс.
– Конечно, – сказал Рене Алмедин, изучающе глядя на щуплого инспектора. Он впервые видел нечто подобное в полиции. И тем не менее именно Макс помог им объединить все убийства-«гасилки» в одно общее преступление, совершенное одним и тем же человеком.
– Мы вам очень многим обязаны, – с благодарностью сказал Алмедин.
Макс Хорнунг удивленно захлопал глазами.
– Мне обязаны? – недоуменно переспросил он.
Глава 43
Алек Николз не хотел идти на банкет, но и не мог отпустить туда Элизабет одну, так как предполагалось, что оба они выступят с речами.
– Алек, тебе плохо?
– Все в порядке, – заверил он ее, сделав над собой усилие и ободряюще похлопав ее по руке.
Официальная часть уже подходила к концу, когда к Алеку приблизился официант и прошептал на ухо:
– Извините, сэр. Вас просят к телефону. Мы перевели разговор в кабинет. Там вам будет удобнее.
