Стамбул шепчет тайны на фоне тишины субботней ночи. Муфтияр Хаджиб Кафир сидит за столом в своих калошах, уставившись в окно на старинные минареты, где мир царит как будто в стенах его собора. Здесь каждый уголок — от тихого бара до оазисов покоя — дышит историей и тайными узами крови, которые соединяют разные эпохи и народы....
Макс продолжал:
– Ваш джип в том гараже никогда не был. Я нашел его на автосвалке в Олбии. Болт главного цилиндра тормозной системы был свинчен, и тормозная жидкость вытекла. Вот отчего вы не смогли затормозить. Левое переднее крыло было смято в лепешку, и на нем до сих пор отчетливо видны зеленые потеки живицы от дерева, на которое вы налетели. Лабораторные анализы подтвердили то, что я вам сейчас говорю."
"Былой кошмар со всех сторон снова обступил ее. Элизабет почувствовала, как все глубже окунается в него, словно шлюзы памяти, раскрывшись, разом обрушили на нее потоки ужасных мгновений леденящего душу воспоминания о том смертельном спуске с горы.
– Не понимаю, – вмешался Рис. – Как же никто...
Макс обернулся к Рису:
– Джипы все на одно лицо, как близнецы. На это они и рассчитывали. Когда она врезалась в дерево, вместо того чтобы упасть в пропасть, им пришлось сымпровизировать. Главное было не допустить, чтобы кто-либо увидел джип.
– Вы все время говорите «они», – заметил Рис.
– Тот, кто стоял за всем этим, имел сообщников.
– Но кому надо убивать меня? – спросила Элизабет.
– Тому, кто убил вашего отца.
На какую-то долю секунды ее охватило чувство нереальности происходящего, словно все это происходило не с ней. Словно кошмар вот-вот рассеется как дым.
– Вашего отца убили, – продолжал Макс. – Ему подсунули провожатого, который и убил его. Ваш отец поехал не один в Шамони. С ним был еще кто-то.
Когда Элизабет заговорила, голос ее звучал глухо, как из гроба.
– Кто?
Макс взглянул на Риса и сказал:
– Ваш муж.
Слова, казалось, долетали до нее откуда-то издалека, звуча то громче, то угасая совсем, и ей показалось, что она сходит с ума.
– Лиз, – сказал Рис, – в день смерти Сэма меня там не было.
– Вы были в Шамони вместе с ним, господин Уильямз, – настойчиво повторил Макс.
– Это правда. – Рис теперь обращался только к Элизабет. – Но уехал я до того, как они двинулись в горы.
