Стамбул шепчет тайны на фоне тишины субботней ночи. Муфтияр Хаджиб Кафир сидит за столом в своих калошах, уставившись в окно на старинные минареты, где мир царит как будто в стенах его собора. Здесь каждый уголок — от тихого бара до оазисов покоя — дышит историей и тайными узами крови, которые соединяют разные эпохи и народы....
Необходимо подготовить сообщение для прессы. Новость эта как гром среди ясного неба поразит международные финансовые круги. Необходимо во что бы то ни стало этот удар смягчить, особенно теперь, когда фирма бьется в тисках финансового кризиса. И проделать всю эту работу предстоит ему, Рису Уильямзу.
Рис Уильямз познакомился с Сэмом Роффом девять лет назад. Тогда Рис в свои двадцать пять уже являлся коммерческим директором небольшой фирмы по продаже лекарственных препаратов. Он был полон интересных замыслов, автором многих нововведений, и по мере того как расширялась фирма, росла и его репутация.
– Твое место здесь, в «Роффе и сыновьях», – заявил он Рису. – Поэтому я и выкупил ваш несчастный тарантас, который ты тащил на себе.
Рис почувствовал себя польщенным и оскорбленным одновременно.
– А если я не останусь у вас?
Сэм Рофф улыбнулся и сказал доверительно:
– Ты останешься. У нас много общего с тобой, Рис. Мы оба честолюбивы. Мы хотим завоевать весь мир. Я покажу тебе, как этого добиться.
Слова Сэма Роффа притягивали как магнит, сулили обильную пищу огню, сжигавшему душу молодого человека, ибо он знал то, чего не было известно даже Сэму Роффу.
* * *Он родился и вырос неподалеку от Гвента и Кармартена, мест, где глубоко под землей залегали мощные пласты угля, песчаника и известняка, иногда выходившие на поверхность, причудливыми морщинами искажая красновато-зеленое раздолье равнин Уэльса. Он рос в сказочной стране, где одни названия были уже поэзией: Брекон, Пенифан, Пендерин, Глинкорвг, Маэстег.
Мальчик рос в окружении героев другого времени и другого мира.
