В темноте искаженные отражения создают мрачные картины на столе – место, где судьба юного парня ожесточенно борется с его виной. Угрюмый человек за столом владеет его жизнью, каждый его взгляд подчеркивает унизительное неравенство.
По щеке скатилась первая слезинка, которая не осталась незамеченной.
— Бедная сиротка, — голос Арчи сквозил наигранным сочувствием. Он насмехался надо мной. — Давай, поплачь. Поплачь, ты же это хорошо умеешь? А ещё ты хорошо умеешь раздвигать свои стройные ножки, да?
Бутылка с недопитым виски полетела в сторону кресел, растекаясь темным пятном на светлом ковре.
Арчи, наконец, убрал ладонь с моего лица и подхватил меня на руки. Сделал несколько шагов и бросил спиной на кровать, пронзая грязным похотливым взглядом.
Мерзкий, холодный слизняк страха пробежал по спине, заставляя отползти назад к изголовью кровати и ловить каждое движение этого опасного чудовища.
Не разрывая зрительного контакта, Арчи снял кожаную куртку и отбросил её в сторону. Заведя руки за голову, ловко снял футболку, бросил её в том же направлении, что и куртку. Скинул ботинки и на четвереньках залез на кровать, подползая ко мне. Схватил за лодыжки и с силой дернул на себя таким образом, чтобы оказаться у меня между ног.
— Артур, не надо! — кричу в попытке отрезвить его затуманенный алкоголем мозг.
Безуспешно толкаю снова и снова, силясь выбраться из-под его давления, но мужчина лишь сильнее вжимает меня в матрас тяжестью своего тела.
Пятерней хватает за край футболки и дергает в сторону, пытаясь её сорвать с меня. Ткань издает характерный треск и больно впивается в кожу.
— Остановись, прошу! — предпринимаю ещё одну попытку до него докричаться, но он лишь скалит зубы.
Снова толкаю его, что есть силы. Пинаю ногами, куда придется, царапаю лицо, но только сильнее воспламеняю в нем жажду наживы.
— Как в старые добрые времена, да? — дышит мне в ухо чудовище, оставляя влажный след поцелуев на шее.
Арчи до боли сжимает грудь, заставляя вскрикнуть и ударить его несколько раз кулаками по широким плечам.
— Перестань! Мне больно! Отпусти! — борьба и возня на кровати выбивают из сил.
— Арчи! — кричу я в потолок, и мужчина замирает.
Нависает надо мной и смотрит в глаза холодным взглядом, что режет ещё целые кусочки растоптанной души.
— Арчи, значит? — губы растянулись в презрительной насмешке. — Я напомню тебе, кто такой Арчи, малышка. Но только теперь ты вряд ли забудешь, на что я на самом деле способен.
