В темноте искаженные отражения создают мрачные картины на столе – место, где судьба юного парня ожесточенно борется с его виной. Угрюмый человек за столом владеет его жизнью, каждый его взгляд подчеркивает унизительное неравенство.
— Эй, — от неожиданности вздрогнула, услышав голос Арчи. Мужчина стоял на верхней ступеньке лестницы, держа в руках черный клатч блондинки. — Забыла кое-что.
Кинул вниз клатч, не пытаясь попасть девушке в руки. Сумочка с тихим стуком упала на каменный пол. Блондинка поспешила её подобрать и с нескрываемой злобой уставилась на Арчи, который подкурил сигарету и, зажав её зубами, произнёс:
— И передай Коновалу, чтобы больше не отправлял мне своих шлюх, — затянулся сигаретой, но, не услышав от девушки ответа, жёстким ледяным тоном добавил.
— Передам, — затравленно произнесла та, и, глотая слезы, выбежала из особняка под проливной дождь, напрочь забыв о зонте.
Перевела озлобленный взгляд на Арчи, но тот лишь высокомерно усмехнулся и скрылся в своём кабинете.
Не желая откладывать разговор в долгий ящик, поднялась следом за ним. Нашла его кабинет и без стука вошла, заставив прервать телефонный разговор.
— Почему не предупредил, что параллельно трахаешь других? — нависла над его столом, желая придушить этого подонка и стереть его самодовольную улыбку.
— Ревнуешь? — ехидно бросил он, приблизив своё лицо к моему.
— Нет. Просто не горю желанием обзавестись мандавошками в двадцать лет.
— Во-первых, я её не трахал. Лишь немного спустил нужду ей на лицо. Во-вторых, мне вполне хватает трахать тебя. Уж поверь, ты хорошо справляешься с отведенной тебе ролью. А, в-третьих…
— А, в-третьих, пользуйся презервативами хотя бы для того, чтобы я не забеременела.
— Это пустяк, который можно легко исправить одним визитом к нужному врачу. Поэтому не вижу смысла лишать себя удовольствия, малышка.
Сжала зубы, сдерживая поток бранных слов, который грозил вырваться наружу. Ни сказав больше ни слова, вышла из его кабинета громко хлопнув дверью, оставив этого циничного ублюдка наедине со своим неизмеримым эго.
Глава XX
Весь оставшийся день скрывалась в своей комнате, не желая кого-либо видеть. Особенно сильно не хотелось видеть хозяина этого дома, которому велико было желание выцарапать серые как пепел глаза.
Солнце уже зашло за горизонт и комнату освещал мягкий свет настольной лампы. Забравшись с ногами в кресло, читала очередной роман, коих в библиотеке данного особняка имелось более, чем достаточно.
