– Вы, коллеги, прекрасно знаете, что мне совершенно не за что любить мистера Поттера. Да, я отношусь к нему предвзято, и это отношение трудно назвать хорошим. Но сегодня мне стало жаль мальчишку. Вы же в курсе его проблем с практическими занятиями.
– Он ленится, – заявила Макгонагалл. – Теперь это очевидно. Джеймс Поттер был очень сильным магом. И Лили Эванс тоже. Младший Поттер просто зазнался и не прилагает никаких усилий к усвоению учебного материала. И виноваты в этом вы, Альбус!
– Я? Помилуйте, Минерва, но почему?
– Вся эта шумиха испортила сына Джеймса и Лили. Мальчик…
– Минерва, послушайте себя! – повысил голос Снейп. – Поттер сегодня впервые посетил занятия после недельного отсутствия. В Больничное крыло он попал в результате сильнейшего магического истощения. Второго, кстати, с начала учебного года. И вы в первый же день заставляете Поттера интенсивно пользоваться магией, хотя прекрасно знаете, что трансфигурация ему не даётся в принципе. Вы хотите, чтобы мальчишка сгорел? Если так, то я не против. Продолжайте в том же духе, и он не продержится и года.
– О, Северус, что ты такое говоришь? – возмутился Дамблдор. – Никто из нас не желает Гарри зла. Просто Минерва немного драматизирует.
И директор бросил на Макгонагалл предостерегающий взгляд, отчего та поперхнулась заготовленной отповедью.
– Я тоже думаю, что ты неправа, – Флитвик задумчиво поболтал остатки чая в чашке. – Я могу отличить слабого мага от ленивого, Минерва. Мистер Поттер очень умён, но абсолютно не одарён магически. Заставлять его перенапрягаться преступно. Да, преступно. Ты же убиваешь магию ребёнка.
– Тогда что это было? – не удержалась Макгонагалл. – Эта штука прожгла парту насквозь! А от булыжника осталась горстка пепла.
– Тебе же Северус сказал – стихийный выброс! – рявкнула профессор Спраут. – Ты вообще кого-нибудь в состоянии выслушать, кроме себя? Поттеру запретили колдовать! Его смотрел сам Сметвик! Или ты думаешь, что он тоже не в состоянии распознать симулянта?
– Помона, тише, – поморщился Дамблдор. – Минерва просто…
– Просто дура! – взорвалась Спраут, и Дамблдор счёл за благо промолчать. Помона очень редко выходила из себя, но если это происходило, доставалось всем. – Прости, Минерва, по-моему, эта шумиха испортила не Поттера, а тебя. Ты ждала героя, а пришёл обычный мальчишка. И ты принялась предъявлять ему претензии за свои несостоявшиеся мечты. Тебе, подруга, к мозгоправу нужно. И чем быстрее, тем лучше, Северус правильно сказал. Кстати, а где Гарри сейчас?
– Как где? – театрально осведомился Снейп, в душе горячо благодаря Помону за чудесную речь. – В Больничном крыле, конечно. И мадам Помфри очень хотела бы с вами поговорить, профессор Макгонагалл.