Нарцисса на мгновение замерла, а потом погладила Магнуса по щеке. Нотт встал на оба колена и привлек её к себе.
Поцелуй ещё длился, когда за спиной у Магнуса раздался громкий хлопок аппарации. Нотт вскочил, выдернул Нарциссу из кресла, с силой толкнул её в сторону камина, обернулся, наставив палочку на незваного визитёра и потрясённо охнул. За спиной закричала Нарцисса.
На полу, скорчившись, неподвижно лежал Люциус в залитой кровью магловской одежде.
====== Глава 35 ======
В гриффиндорской башне всегда было очень шумно, и Лонгботтом уже давно отчаялся отыскать в красно-золотых покоях хоть один тихий уголок, чтобы спокойно готовиться к занятиям. За полгода Невилл так и не привык к перманентному бедламу, царящему в общей гостиной и спальне первого курса, а в спальни девчонок и старшекурсников ему хода не было.
Вот и сегодня, хочешь не хочешь, а им с Гермионой пришлось устраиваться рядом с камином, где по гриффиндорским меркам стояла практически мёртвая тишина – Лаванда Браун «с выражением» читала вслух модный любовный роман.
Окружившие чтицу младшекурсницы вздыхали, охали и взвизгивали на особо душещипательных моментах. Время от времени Лаванда брала передышку, и тогда девочки принимались обсуждать нелёгкую судьбу главной героини. При этом они несли такую чушь, что любимый внук Стальной Августы только головой тряс, моля Годрика о частичной потере памяти.
Гермиона тоже выразительно закатывала глаза, закрывала уши ладошками, но замечаний не делала – Браун и её компания дружно невзлюбили «учёную бобриху» и никогда не скупились на обидные насмешки.
– Говорила тебе, надо в библиотеку идти, – прошептала Гермиона и поморщилась – Лаванда, трагически завывая, декламировала любовные стихи, сочинённые в честь героини романа очередным поклонником.
– В библиотеку уже пошли Поттер с Малфоем и Забини, – буркнул Невилл. – Уизли в такой компании и сам заниматься не сможет, и нам не даст. Будет бухтеть до ужина.
– Сейчас он тоже не занимается, а в плюй-камни играет, – не сдавалась Гермиона. – Пойдём в библиотеку, не могу я это слушать.
– И жизнь её раскололась пополам! – громко воскликнула Браун под умилённые охи слушательниц и с мечтательной поволокой в глазах уставилась в потолок гостиной.
– Пополам и вдребезги, – простонал Невилл. – Ладно, пойдём. Как, во имя Мерлина, жизнь может расколоться? Мне всегда казалось, что она течёт непрерывно.
– Это расхожее выражение, – пояснила Гермиона, завинчивая крышечку чернильницы, – обозначающее резкую перемену образа или качества жизни после какого-либо события.
– Всё равно бред, – упрямо сказал Невилл. – Колоть можно дрова или орехи. А жизнь надо прожить. По возможности подальше от таких идиоток, как Браун.
Они, крадучись, прошмыгнули мимо игроков в плюй-камни.