В сером рассвете накрапывал дождь, создавая мелодичный симфонический шепот под крышей деревенского домика. Я прислушивался к далекому всхрапу лошади и звуку шагов собак на выгуле, ожидая прихода Валентины. Здесь царила тихая, но живительная свежесть урочища, окруженного хвойными зарослями....
И вот допоздна брат Иоанн разбирал кипу и помечал, что из перечисленных препаратов точно есть в Новой Фактории, а что придется заказывать. Оказывается, церковь целенаправленно снабжала разного рода редкой медициной всех врачей. Того, что не достать в обычных аптеках и что производят в закрытых лабораториях рядом с Кузнецком, можно заказать через священников. Посторонним не продадут, а вот проверенным людям со скидкой отпускают. Аглая собирается по приезду уже начать прием и только-только закончила ревизию. Выпроводила меня с утра пораньше из каюты, обложилась бумагами, склянками и многочисленными свертками.
Убедившись, что больше его помощь не потребуется, брат Иоанн повозился в кресле, изобразив на лице чувство выполненного долга. Всем помог, подсказал, готов к труду и обороне. Кстати, с нашей последней встречи брат Иоанн успел изрядно подзагореть. Интересно где это зимой его носило — смуглая кожа совсем потемнела и на левой скуле еще больше выделяется контрастным росчерком тонкий шрам.
— Слушай, а что мы Гурия все же на хозяйстве оставили? Считаешь, что без него в столице работа встанет? Или парень еще не готов по джунглям бегать?
— Был бы не готов, я бы его не взял, — усмехнулся переодевшийся еще до обеда в траппера Иоанн.
— Просто видно было, что Гурий был готов по воде за нами бежать, лишь бы в городе не оставаться.
— Планировал я его весной и летом с собой брать, подучить. Но когда «крота» в городе брали, подставился парень неудачно. Мерзавец адскую машинку взорвал, хотел через пролом уйти. Гурия помяло, но даже так смог из револьвера в пыли и дыму бедро беглецу прострелить. Ну и потом мы уже подоспели, спеленали голубчика. А парень теперь ребра залечивает.
