Автор
Веселое братанье в парке не смущает Гэри: он уже готов сказать "bonjour, papa" по-французски. Вовлеченность ребенка делит комнату радостями языкового обучения с отцом. Здесь каждый шаг к новым знаниям — как к райскому оазису мира языка и любви.
Я уеду туда недели на две-три…
— В таком случае отдай мне мой паспорт. Гэри чувствует себя хорошо, и может выдержать переезд в Англию. Я хочу немного пожить с сыном дома.
Мейбл встретилась глазами с Виктором и стойко выдержала его пристальный взгляд.
— Соскучилась по Джону?
— Понимай, как знаешь.
Виктор решительно отодвинул стул и поднялся.
— Предупреди, пожалуйста, Луару, что я не буду ужинать дома. — С этими словами он ушел, даже не взглянув на жену.
— Мам, почему ты плачешь? Тебе в глаза попала пыль? — Гэри на минутку оторвался от сундука, набитого скопившимися за долгие годы маскарадными костюмами, которые в семье Эггертонов шили или обновляли перед каждым Рождеством.
Мейбл читала письма Виктора. Она до сих пор не оправилась от потрясения, которое испытала, обнаружив их. Это вышло благодаря чистой случайности. Лорна поклялась, что не помнит, куда сунула перехваченные ею послания.
— Нет, это не из-за пыли, золотце. Мне стало грустно от того, что я сейчас читаю…
— А что это? Сказка?
— Не совсем… — ответила Мейбл. Хотя то, как Виктор выражал чувства, наполнившие его душу после всего случившегося в Оксфорде, действительно было похоже на сказку.
"Он беспокоился, все ли с ней в порядке. После интимной близости парень понял, что не сможет жить без Мейбл. Он написал об этом искренне и нежно, выразив надежду, что его чувства встретят отзыв. Еще Виктор просил прощения за слова, сказанные им после того, как он овладел Мейбл. Ему отчаянно хотелось увидеться с ней, поговорить, обсудить дальнейшие отношения…
«Веришь или нет, — писал он, — но я люблю тебя.
Мейбл снова и снова перечитывала драгоценные строки, не замечая, что по щекам струятся слезы. Долгие годы она была тайно влюблена в Виктора, а он, оказывается, испытывал к ней те же чувства.
