— Эти люди что-то имеют против нашей с тобой свадьбы? — проявила я чудеса «прозорливости» после недавней лекции сморчка.
— Не поймите неправильно, мисс, — вновь вмешался маркиз, который все это время отмалчивался, давая возможность высказаться другим. Разумеется, высказывались исключительно так, как нужно было маркизу. — Вы, не будучи дворянкой, наверняка не в курсе, но брак для высокопоставленных людей — это не привилегия, а обязанность. При выборе спутника дворянин должен основываться лишь на выгоде для своих земель от этого союза, нежели на чувства. В таких условиях, мы, как главы семей восточной части королевства, в любом случае не остались бы в стороне, когда от этого брака герцога зависит будущее всех нас.
— А причем тут вы? — похлопала я ресничками. — Или вы недовольны условиями проживания в доме престарелых? Обещаю, что когда стану герцогиней, позабочусь, чтобы у каждого из вас была сиделка с хорошими зубами! — включила я режим кандидата на пост депутата перед избирателями.
— Да не нужна никому сиделка с зубами! — ну очень терпеливо протянул маркиз.
— Как же она без зубов вам еду жевать будет? — невинно хлопнула я ресницами, показывая всю незамутненность моего сознания.
Покраснев от гнева, маркиз взял себя в руки и решил вернуться к главной теме, чтобы не раздувать недопонимание еще больше.
— Брак аристократии — это сложно объяснить тому, кто не родился в подобных условиях, — продолжал отчаянно улыбаться маркиз, уже теряя терпение. — Герцог, вы же нас понимаете? Вашей супругой не может стать каждая. От этого брака зависит очень многое.
— Милый, это правда? — притворно ужаснулась я. — Ты не женишься на мне? А как же твое обещание? Как же наш малютка Эйдан? Ты же говорил, что самый главный в герцогстве и все вассалы давали клятву, что будут подчиняться твоему авторитету. Так, значит, главный не ты, раз даже не можешь решить, кого любить?
Итак, почву я подготовила, настал момент для выхода Слайвера. Сейчас он покажет, кто здесь главный!
— Все не так, — подцепив мой подбородок пальцами, заверил меня Слай, а после чмокнул в щеку. А когда я прижалась к его груди, недовольно и холодно посмотрел на опешивших вассалов. — Кажется, за время моего отсутствия по сдерживанию монстров, верные мне люди забыли свое место, решив сунуть свои носы туда, куда не следует, и указывать мне, что я могу делать, а что нет.