Нужно быть слепо-глухо-немым, чтобы усомниться, что Эйдан — сын Слайвера. Настолько похожих людей без родственной связи быть не может!
Судя по красноречивому молчанию за стеной, эта истина дошла и до секретаря, потому, прочистив горло, он пошел на попятный и сменил тактику:
— Даже если это действительно сын Вашей Светлости, нет никакой необходимости вводить эту женщину в семью. Тем более, на такую значимую позицию, как герцогиня. Для простолюдинки, вроде нее, будет уже великой милостью, если ей с баста… — начал он, а после поперхнулся. Я буквально кожей я ощутила, как атмосфера резко изменилась, и предположила, что герцог начал злиться. Аура у него действительно пугающая. С секретаря наверняка семь потов в тот момент сошло, потому он заискивающим тоном поправил себя же: —…Мальчика вместе с матерью можно взять на попечение, поселив в отдаленном особняке. И когда у вас появится законный наследник от знатной супруги, также внести имя ребенка в семейный реестр. Разумеется, без права наследования, как это делается с незаконнорождёнными детьми в других семьях. Поверьте, это вполне распространенная практика! — надрывался он так, что даже мне было слышно, как его голос начинает фальшивить, то и дело, срываясь на фальцет.
Видать, у него ну очень далеко идущие планы на место герцогини, и в эти планы мы с Эйданом никак не вписываемся. Я бы посочувствовала чужим бедам, но не хочется. И без того из последних сил сдерживаюсь, чтобы откровенно не злорадствовать и не выходить из образа простоватой и восторженной простолюдинки. Потому закинула очередную виноградинку в рот и с удовольствием причмокнула. Вкусненько.
— Мартин, — очень вкрадчиво позвал Слайвер, отчего температура воздуха даже в соседней комнате упала еще на несколько градусов. Словно кондиционер включили. — Ты мне сейчас серьезно предлагаешь при живом сыне, которого я только успел обрести от женщины, к которой питаю… чувства, думать о другом преемнике? — задал Крайтон вопрос тихим равнодушным голосом. И, смотрите-ка, на «чувствах» почти не запнулся. Я же говорила, что все дело в практике. Скоро и сам не заметит, как будет клясться мне в любви, ни разу даже язык себе не прикусив!
— Н-нет? — вновь сорвавшись на фальцет, пискнул секретарь Мартин, затем, устыдившись, прочистил горло и уточнил: — Ваша Светлость, я долгое время работаю на благо герцогства и как никто другой посвящен в дела этих земель. Я не меньше вашего заинтересован в процветании Востока и благополучном завершении войны.
