Потому Слайвер, вновь приняв свой привычный облик сурового герцога, спешно покинул особняк с частью рыцарского отряда, и отсутствует до сих пор, пропустив и ужин, и вечернюю планерку с прислугой, на которой должен был оповестить о намерении жениться на мне.
Я не то, чтобы переживала за него, все же, герцог в прошлой жизни погиб вовсе не от монстров, а от предательства приближенных. С его магической и физической силой, Слайверу никакой монстр не страшен.
Но учитывая нашу вчерашнюю договоренность, я все же ощущаю некое неудовлетворение и желание поскорее увидеться и перейти к домогательствам под предлогом интенсивной практики. Потому сейчас особенно досадно от ожидания.
Ко всему прочему, появились новые проблемы. Если с прислугой все более-менее было очевидно изначально, то поведение рыцарей меня удручало. Перед своим отъездом Слайвер отдал распоряжение, чтобы к нам с Эйданом и демонятами были приставлены рыцари для личной безопасности. Но если с детьми все прошло худо-бедно спокойно, то со мной — уже другой разговор.
В спутники мне достался один из приближенных Слайвера, который вместо того, чтобы охранять непонятную мутную девицу, хотел отправиться со своим господином на границу и был этой несправедливостью сильно недоволен. Наверняка Слайвер руководствовался для этого решения своими личными мотивами, таким образом повышая мою значимость в глазах домочадцев, но результат по итогу был совершенно иным, начиная с самого назначенного рыцаря — Давоса Коля. В оригинале он до последнего был предан герцогу и погиб, защищая своего господина, потому негатива я к нему не испытывала. В начале.
Но даже его остервенелая преданность в моих глазах не могла оправдать то пренебрежение, которое Давос посмел выказать мне вместо приветствия.
— Я вам не доверяю. Не знаю откуда вы взялись, но я не допущу, чтобы вы навредили Его Светлости, — заявил мне высокий, довольно симпатичный на лицо рыцарь, примерно ровесник Слайвера. Похвальная преданность, конечно, однако, не на ту нарвался.
Согласно канону, даже в прошлой жизни, будучи призванной святой и героиней мне сюжетом предначертано было сталкиваться с пренебрежением окружающих, доказывая свою значимость и заслуживая преданность вчерашних врагов. Не знаю, для чего нужна была эта комедия, наверняка для роста персонажа, однако в моем понимании вместо того, чтобы кому-то что-то доказывать, надо было просто надавать по шее.