В глухих лесах ожидание не было чем-то обычным. Время тянулось медленно, будто замедлился ритм жизни за пределами этих отдаленных уther, каждый раз когда он приходил сюда без известных причин. Этот инстинкт продолжал манить, несмотря на годы привыкания к его бессознательным вызовам....
— Но как журнал регистрации выездов попал к Миллеру?"
"— Не знаю, — нимало не смутившись, ответила она. — Миллер мне сказал, что Фрэнк мог совершать преступления, пользуясь служебными командировками. Он ездил как раз в те районы, где исчезали девушки! Пол решил отнести этот журнал в полицию!
— Мерзавец! Должно быть, ночью пробрался в контору!
— Томми, какое это имеет значение? Он хочет помочь тебе!
— Откуда ты знаешь?
— Но он же хочет отдать этот журнал в полицию.
— Я попрошу Майру проверить, где журнал.
Они помолчали.
— Томми, ты говорил с Джилл?
Он тяжело вздохнул.
— Я звонил в Вермонт, говорил с ее отцом. Она не взяла трубку. Боится! По крайней мере, так он мне объяснил.
— Может, тебе лучше поехать туда. Постарайся убедить Джилл, что ее страхи напрасны!
— Ты знаешь, я и сам об этом подумал. И будь я проклят, если отступлюсь! Я могу поехать прямо сегодня!
— Но сегодня мы собирались отвезти отца в дом престарелых. Хотя, я и сама справлюсь!
— Правда?!
— Да, Томми. Поезжай к ней! Отец сейчас очень плох… Ужасно! Он никогда никого не узнает…
Томми вздохнул.
— Вчера у меня появилась совершенно сумасшедшая идея. Знаешь, так много неприятностей сразу. Это похоже на библейский Страшный Суд. Но если Богу угодно прибегнуть к такому жестокому наказанию для того, чтобы научить меня чему-то или укрепить мой дух, то Он выбрал неверное средство.
Кэрол вдруг подумала, что если Томми уедет к Джилл, то все вопросы с аукционом придется решать ей самой. Они с Томми все откладывали оценку имущества, чтобы не травмировать Пита Уоррена.
— Ты помнишь, сегодня вечером придут аукционщики. Если хочешь оставить что-нибудь из имущества, скажи — я распоряжусь.
Нет, ему ничего не было нужно, разве что кое-какие безделушки — детские игрушки, фотографии.
— Только семейные реликвии, — сказал он и прибавил: — Детям показать, если они у меня когда-нибудь будут.
От его слов у Кэрол сжалось сердце.
— Ты уверена, что справишься сама?
Да, конечно, она справится.
— Томми, когда все испытания будут позади, вы снова заживете по-старому — ты, Джилл и ребенок, — все у вас будет хорошо!
В большой приемной полицейского управления было шумно. То и дело хлопала дверь, толпились люди. Однажды Кэрол уже приходила сюда, но тогда все было иначе.
В первую секунду она даже растерялась от такого скопления людей в форме. Они суетились вокруг столов, заваленных бумагами.
