В горах пощады нет — мрачная история о человеке, выжившем среди безжизненных обломков войны и дикой природы. На фоне ледяного ветра и грохота снежных бурь он прячется за вереницей пожитков — чемоданами, сумками и рюкзаками, словно стремясь укрыться от холодного глядящего неба. Этот уголок спасения кажется единственно возможным убежищем в безымянных горах....
А человек этот, различая под луной отдельные фигурки на склоне, встал на одно колено, поднял автомат, но перед тем, как начать стрелять, глянул на безжизненного Бессариона. Грузинский подполковник закончил свой путь здесь. Но он же привел сюда и российского подполковника. Привел не для того, чтобы оба остались на этом склоне. Самому Артему Васильевичу верить в это не хотелось…
Двойным глубоким вдохом и выдохом он успокоил себя, чтобы стрелять хладнокровно и прицельно, и почти сразу поймал на мушку боевика, который стрелял длинными очередями с пояса.
Имея в запасе только один магазин в автомате Бессариона Мерабидзе, Тамаров старался стрелять наверняка. Он сразу отметил, как безграмотно наступают боевики. Пробежали, залегли и в новую пробежку поднимаются с того же самого места, где залегли, не зная ничего о том, что следует перекатываться в одну или в другую сторону.
Но атака захлебнулась уже после первого десятка шагов. Автоматные очереди ударили сбоку, точные, предельно хладнокровные, рвано-короткие. И сразу свалили большую часть бандитов. Остатки пытались убежать, но луна освещала их хорошо, а пули летали гораздо быстрее самых шустрых беглецов. Все было кончено за секунды.
Артем Василич повернул голову. Он еще не видел своих спасителей, но предполагал, что это менты с поста, настоящие менты, услышали все-таки отдаленные звуки боя и приехали сюда прямо по дороге. Очень вовремя приехали.
Сам Тамаров не вставал, понимая, что в пылу атаки кто-то может и в сторону его одиночной фигуры дать очередь. Однако спасители шли к нему, и уже слышны были их шаги. Теперь стрелять уже не должны были. И только тогда Тамаров встал.
