В горах пощады нет — мрачная история о человеке, выжившем среди безжизненных обломков войны и дикой природы. На фоне ледяного ветра и грохота снежных бурь он прячется за вереницей пожитков — чемоданами, сумками и рюкзаками, словно стремясь укрыться от холодного глядящего неба. Этот уголок спасения кажется единственно возможным убежищем в безымянных горах....
Хотя, конечно, и рассвет здесь несравненно быстрее, чем, скажем, в средней полосе России.
Подполковник Бурлаков остановился рядом со снайпером, старшим сержантом Нахимовым. Тот замер рядом с тропой и высматривал сквозь прицел что-то впереди.
– Кого выцеливаешь? – спросил Александр Григорьевич.
– Капитан Максимов приказал с каждого перевала просматривать дорогу впереди. Чтобы дозор не наткнулся на засаду. Мы сейчас в местах диких. А тепловизор людей сразу покажет. Я только что рассматривал то ли собаку, то ли волка.
"– Собак в здешних местах не бывает. Собаку рядом с селением только и увидишь. А вот волка – это возможно… Но летом они неопасные. Летом они в одиночку гуляют и на людей не нападают. Ладно, смотри…
Подполковник заспешил дальше, но скоро снайпер обогнал его, на ходу прилаживая чехол на прицел. Торопился доложить капитану Максимову, что тропа впереди чистая. Если бы доклад был иным, старший сержант наверняка доложил бы по дороге и начальнику штаба бригады.
От этих мыслей Александра Григорьевича оторвал телефонный вызов.
– Слушаю, подполковник Бурлаков.
– Александр Григорьевич, это я… Подполковник Тамаров…
– О! Рад слышать тебя, Артем Василич. Сумел вырваться из-под пригляда своего грузина?
– Сумел… Навсегда…
Сначала до Бурлакова дошел тон сказанного и только потом слова.
– Докладывай…
Стандартная армейская фраза прозвучала как обреченное «выкладывай».
– Убили Бессариона. Застрелили…
– Менты?
– Бандиты…
– А что за менты у вас там появились?
– Это я Бессариону так сказал. Это бандиты были. Из тех, что должны были пост на перевале атаковать.
