Автор
В конце их оба умрут — это не просто проклятая фраза, а сердцевинный риторический крик о ценности жизни в мире, где смерть нередко становится обыденностью. Эта книга раскрывает драматические моменты человеческих отношений через призму бессмертия и смерти, создавая атмосферу, которая заставляет читателей задуматься о значимости каждодневной жизни....
Около дюжины книг здесь обернуто в крафтовую бумагу, на них – штампы «Свидание с книгой вслепую» и небольшие подсказки, которые должны зацепить покупателей. Что-то вроде короткого описания в профиле на сайте знакомств. Или в приложении «Последний друг».
– Ты когда-нибудь с кем-нибудь встречался? – спрашивает Руфус.
По-моему, ответ очевиден. Мило, что он не делает поспешных выводов.
– Не-а. – Я только влюблялся, но мне немного неловко признаться, что это были герои книг и сериалов. – Я упустил свой шанс. Может, в следующей жизни.
– Может, – соглашается Руфус.
Я чувствую, что он хочет сказать что-то еще. Возможно, отколоть шуточку, что мне стоило зарегистрироваться в «Некро», чтобы не умереть девственником, как будто бы секс и любовь – это одно и то же. Но Руфус молчит.
А может, я ошибаюсь.
– Эйми была твоей первой девушкой? – спрашиваю я и хватаю с полки обернутую бумагой книгу, на которой нарисован убегающий преступник с огромной червовой картой в руках и надписью: «Роман, который украдет ваше сердце».
– Это были мои первые серьезные отношения, – говорит Руфус, вращая стойку с открытками, на которых изображен Нью-Йорк. – Но в прежней школе у меня кое-что было с одноклассниками. Ничего серьезного, хоть мне и хотелось. А у тебя кто-то был? – Он берет со стойки открытку с фотографией Бруклинского моста. – Можешь отправить открытку.
Открытки.
Я улыбаюсь и беру одну, две, четыре, шесть, двенадцать открыток.
– Ты, я смотрю, влюбчивый, – замечает Руфус.
Я иду к кассе, где меня снова встречает Джоэл.
– Нам нужно отправить всем открытки, понимаешь? – Я специально ничего не уточняю, потому что не хочу сообщать продавцу, что покупатели, которым он пробивает чек, умрут сегодня в возрасте семнадцати-восемнадцати лет. Не хочется портить ему день. – Плутонцам, одноклассникам…
– У меня нет их адресов, – перебивает Руфус.
– Отправь на адрес школы. У них должны быть адреса всех выпускников.
Это я и хочу сделать. Я покупаю таинственную книгу и открытки, благодарю Джоэла за помощь, и мы уходим.
– Впервые донимать отца по поводу любви я начал лет в девять, – говорю я, снова просматривая открытки с изображениями мест родного города, в которых так и не побывал. – Мне было интересно, где она прячется: под диваном или на верхней полке в шкафу, куда я пока не мог дотянуться.
