Автор
В конце их оба умрут — это не просто проклятая фраза, а сердцевинный риторический крик о ценности жизни в мире, где смерть нередко становится обыденностью. Эта книга раскрывает драматические моменты человеческих отношений через призму бессмертия и смерти, создавая атмосферу, которая заставляет читателей задуматься о значимости каждодневной жизни....
– Я потратила впустую день, – плачет Делайла. – Я думала… Какая же я идиотка, черт, какая я идиотка. Я потеряла целый день.
– Ты не идиотка. Все будет в порядке. – До сегодняшнего дня Виктор ни разу не лгал Обреченным. Вот черт, Делайла – Обреченная. Лифт останавливается на втором этаже, и Виктор выпрыгивает из него и бежит по лестнице, где полностью теряется сигнал сотовой связи. Потом бегом пересекает фойе, говорит Делайле, что сильно ее любит и скоро будет рядом. Он смотрит на часы: осталось два часа.
Виктор запрыгивает в автомобиль и мчится к кафе «Алтеа».
Руфус
22:14
На последней фотографии, которую я загружаю в инстаграм, я со своим Последним другом. Это то самое фото, которое я сделал у него в комнате. На мне его очки, а он щурится; мы оба улыбаемся, потому что урвали мгновения счастья прежде, чем я его потерял. Я просматриваю все свои фотографии и безумно благодарен Матео за пятна цвета, которые он подарил мне в Последний день.
Медсестра просит меня не вставать с постели, но, будучи Обреченным, я вправе отказаться от медицинской помощи. Черта с два я буду тут валяться. Мне нужно увидеть отца Матео.
Мне осталось жить меньше двух часов, и я не могу придумать лучшего способа провести это время, чем исполнить последнее желание Матео и увидеться с его отцом. На этот раз по-настоящему. Мне необходимо познакомиться с человеком, который воспитал Матео таким парнем, которого я полюбил меньше чем за день.
В сопровождении настойчивой медсестры я направляюсь на восьмой этаж. Да, я понимаю, она это делает из самых добрых побуждений и пытается помочь. Просто сейчас во мне маловато терпения. Я даже не задерживаюсь у входа в палату, а вхожу прямо внутрь.
Папа Матео не совсем такой, каким я представлял повзрослевшего Матео, но довольно на него похож. Он все еще крепко спит, не догадываясь, что, когда он очнется, сын не будет ждать его дома. Я даже не знаю, осталось ли что-то от их дома.
– Здравствуйте, мистер Торрес, – говорю я и сажусь рядом с кроватью. На этом самом месте Матео пел ему песню сегодня утром. – Меня зовут Руфус, я Последний друг Матео. Мне удалось вытащить его из дома, не знаю, успел ли он вам об этом рассказать. Он был очень смелым парнем. – Я вынимаю телефон из кармана и с облегчением замечаю, что он еще не разрядился.
