Десять метров над уровнем «больших неприятностей».
Усевшись в свободное кресло, я покосилась на капитана. Айзек гневно прожигал взглядом сестру. Сопел. Морально выбивал в зону дискомфорта, выражая свое негодование.
Но что удивительно – не кричал.
Мой бы отец уже все пространство перед собой слюной забрызгал. Раздавил бы словесными оскорблениями, смешал с толстым слоем грязи и размазал по полу. И главное, не дал бы и пискнуть в свое оправдание.
Но Айзек Лоу вел себя иначе. Да, демонстрировал, что слова этого Капира пришлись ему не по душе. Да, проявлял строгость. Но между тем молчал, ждал, пока Ким хоть слово скажет в свое оправдание. Выложит свою версию.
Поджав губы, я немного позавидовала ей. Ну, видно же, что братья любят ее и заботятся. Мною бы кто так дорожил.
Пауза затягивалась.
– Ну что такого-то? – Ким не выдержала первой. – Я что, ребенок, по-вашему? Да мне под тридцатник! Естественно, у меня были мужики. Будто это новость! Да виделись мы с ним один раз, и то в баре. Ничего не было!
– А это когда ты по барам-то на этой станции шлялась, да еще и на своих двоих? – вмешался Дик. – Я тебе с сопливых лет объяснял с кем стоит якшаться, а с кем нет. Ты что, мужика от пиратского сброда отличить не можешь?
– Ой, и ты туда же! – Она тряхнула головой, ее тяжелые темные локоны красиво легли на плечи. – Вам-то какое дело? Носы в свои жизни суйте. Женитесь и пасите своих жен!
– Ким, жизнь, конечно, твоя, но чтобы я тебя рядом с этим сбродом не видел! – процедил Айзек. – Ищи себе кого приличного.
Она развернулась к нему и как-то зло усмехнулась. Расправила подол своей юбки и чуть приподняла его, демонстрируя аккуратные стопы, затянутые в белые носки. Ткань приподнялась еще выше, и показались кольца экзоскелета на худых лодыжках. Железо некрасиво впивалось в кожу девушки, натирая ее.
– Забыл, какая я, братец?! Я без этой штуки и сидеть сама не смогу. Нет, я тебя не виню. Ни тебя, ни Дика. Но если ты мне еще скажешь про нормальных мужиков, я врежу тебе справа. Очнись, Айзек. Оглянись и покажи мне хоть одного мужика, которому нужна баба-калека. Чего-то я не вижу в каждом порту очереди из желающих взвалить меня на свой горб. Так что оставь меня в покое.
Мне стало не по себе. Горечь разлилась на сердце. Больно за нее стало. Такая красавица и. … лютая безнадега.
– Я соберу денег тебе на операцию, Ким, потерпи еще немного, сестренка, – прошептал Айзек виновато.
Вид у братьев Лоу сейчас был как у побитых собак.
– Будь реалистом, сумма там неподъемная. Дай мне уже зашиться в железо. Ну, отрежут ноги, вставят имплантаты, но буду хоть ходить.
– Я не дам тебе стать такой, как я, Кими. Потерпи, я тебя умоляю.
– Кхм, – прочистил горло Маркус, а дождавшись, когда все обернутся в его сторону, подкупающе улыбнулся и поднял правую руку.