В студии Элджо Капрински и Эдвард Гаремски. На переднем плане — десятидневная безмолвия станция «Ойкон-13» с вызовом к жизни. Вокруг беспокойство, а на заднем плане — исчезновение четырех человек и Мумрика. Очередь за новостью в воздухе.
Ти-си открыла смотровое оконце.
– Я тоже хорошо стреляю, – выкрикнул мальчишка. – Тетя Лидия, скажите им, что я там, внизу, троих ранил. Живых!
– Лучше я промолчу. – Давать оружие ему в руки я не собиралась. – Ти-си, отвези капсулу наверх. Следи за состоянием Дика и за тем, чтобы этот пострел с котами никуда не делся.
– Так нечестно! Я могу стрелять, – запротестовал он.
– Можешь, значит, будешь. – Ан протянул ему один из своих бластеров.
– Нет. – Моему возмущению не было предела. – Он ребенок!
– Он мужчина, прежде всего, – спокойно осадил меня Маркус.
– Но…"
"– Время, куколка, – улыбнулся Айзек и вытащил из кармана оружие. – Все будет хорошо, земляночка. Я не говорил тебе, но ты безумно красивая. Самая прекрасная женщина из всех, что мне доводилось встречать на своем пути. Вернусь, присвою тебя и никогда не отпущу.
– Говоришь, как будто прощаешься. – Мне стало так страшно.
– Нет, я живучий, красивая моя. – Он подмигнул. – Маркус, что с Аном?
Обернувшись, я поняла, что брат уже крепит жгут к бедру друга.
– Ничего критичного, все восстановится.
Айзек кивнул и нажал на панель открытия внешнего люка.
– Ти-си, ты еще здесь? – зыркнул он на мою помощницу.
– Меня уже нет. – Активировавшись, она взметнулась вверх и утащила за собой капсулу с Диком и котами.
Собравшись с духом, Айзек спросил:
– Время, куколка?
– Двадцать семь минут, – шепнула я потерянно.
– Десять минут, чтобы подтянуть кабель, а там уже все от судьбы зависит.
– Да, – выдохнула я.
– А ты?
– Безумно, – честно призналась я. – Безумно люблю тебя.
– Отлично, это окрыляет. Вернусь, поцелую. – С этими словами он распахнул люк и скрылся из виду, стремительно скатившись с трапа.
Мужчины открыли огонь, они не отбивали Айзека, а, скорее, привлекали внимание «осьминогов» к нам. Те лезли к трапу с упорством своры собак.
Опомнившись, я подняла бластер. Куда стреляла, не понимала. Все, что я могла, – это отсчитывать минуты.
Но время… Казалось, оно просто остановилось.
Прошло пять минут, потом десять… но Айзек не возвращался.
Ядро медленно загудело, нагреваясь и разгоняясь. По стенам пошла изморось из-за разницы температур.
Зарядка шла… но Айзека… Его все не было…
Пятнадцать минут.
«Осьминоги» заполонили все пространство перед кораблем.
Злая на весь мир, я просто стреляла в одну точку и при этом не промахивалась.
Двадцать минут.
На трап забралось щупальце.
