Держа в руках непонятно что, я пыталась найти на этой, ну хорошо, пусть будет карте хоть какой-то намек на цифровое управление. Огрызок! Ни чипа кодов, ни встроенного меню. Ну не может такого быть. Нужно же как-то деньги переводить, остаток на счету проверять.
Может, это шутка какая?
Подняв голову, наткнулась на жалостливый взгляд Маркуса. В его теплых карих глазах мне чудилось что-то такое, отчего я почувствовала себя совсем никчемной. Котята в подворотнях и то, наверное, более жизнеспособны.
Эта мысль меня взбодрила. Собравшись и подобрав распустившиеся сопли, снова взглянула на карту.
– Хорошо, приму как данность. Но, как бы сказала Ти-си, святые пиксели, а банк-то хоть какой? Куда все отсюда уплыло?
– Известное дело какой, – проворчала Ким, не оборачиваясь. – Теневой! Других на Нептуне отродясь не было.
Подо мной снова что-то хрустнуло. А-а-а, это проломилось еще одно дно моего бытия. Теперь все мои денежки в руках пиратов и повстанцев.
Зашибись новости! Бодрят, злят, на позитив настраивают! И сразу возникает такое острое, безудержное желание кому-нибудь шею свернуть.
– Маркус Дигри, – зашипела я коброй, – ты хочешь моей голодной бедной смерти? В какую задницу Вселенной ты запихал мой заработанный честным трудом капитал?
Он лишь усмехнулся. Ну, точно мозгоклюй!
– Лидия, ты хотела сказать – честно уворованный?
– Да хоть бы и так! – Мой праведный гнев грозился выплеснуться на его голову. – Где мои деньги?
– Наши, – поправил он меня. – И не кипятись… Хотя в твоем случае яркие эмоции – это очень хорошо. Быстрее мозг перестроится. Устанешь, сон улучшится.
– Зубы мне, доктор Дигри, не заговаривайте. За столько лет я успела изучить вас вдоль и поперек. Где мой капитал?
– Там, где надо, Лидия. Большая часть в частных банках Нептуна и его спутников. И еще по чуть-чуть всюду. От Меркурия до станций за Плутоном.
Я сглотнула и снова уставилась на карту. Засопела. Но злость быстро улеглась. Здравый смысл у меня всегда преобладал над эмоциями. Да, моя карта была надежно защищена, и взломать ее или заблокировать практически невозможно. Но вот банк, в котором я хранила свои сбережения… Он принадлежал корпорации отца. И если папочка обнаружит, что я его знатно ощипывала на протяжении последних лет, то… Да, он мог дотянуться до моих счетов.
– Куда ее прикладывают? Где… с чего управляют? – сдалась я.
Маркус просиял, он словно наперед знал, какая реакция последует за злостью. Неужели меня так легко просчитать?
– С банкомата, – все так же сидя ко мне спиной, проворчала Ким.
Мне все больше чудилось, что она злится на меня. Или нет… скорее, я ей очень не нравлюсь.
Почему? Это интересно.
Но доброжелательности по отношению ко мне эта девушка явно не испытывала.
Хотя я могла и ошибаться. Мнительность, она такая.