Автор
В объятиях страсти, как мятежник над красою Колючей розы, бросается в обморок от ее изысканной прелесть. Рука протягивается к ней, и сердце прижимается к губам цветка нетленного, а сладкий аромат вдыхается. Но острые шипы вонзились в его душу бунтарскую, оставляя горький след. Книга раскрывает трагическую историю страсти и алчности, где неистовый нежданный жертвой становится сам романтик....
Видимо, и это был очередной трюк, чтобы поймать его в ловушку и намертво привязать к себе! Трейгер представил себе губы, похожие на лепестки розы, и почувствовал сладкий аромат любимой.
Прежде чем полностью отдаться волнующим грезам, он вспомнил о событиях, которые вынудили Сирену скрываться. Трейгер догадывался, какое направление приняли ее мысли. Если у него хватило глупости сообщить ей о своих подозрениях насчет Митчела, то нечего сетовать, что теперь жена не испытывает к нему ничего, кроме презрения.
"В какого же безмозглого олуха он превратился с той поры, как Сирена вошла в его жизнь и перевернула все вверх дном? Вашингтон увяз по самую шею, силы патриотов тают с каждой атакой британцев, а Трейгер без толку тратит время на поиски сбежавшей жены вместо того, чтобы добывать для генерала жизненно необходимые сведения.
Усталый вздох вырвался из его груди. Он немного поспит, чтобы потом достойно встретить Сирену, когда та изволит явиться.
Трейгер вздрогнул, когда удар тростью по голому плечу вырвал его из объятий сна.
– Какого дьявола!..
С трудом разлепив тяжелые веки, он сердито забормотал, увидев нависшую над собой согбенную фигуру. Вероника снова обрушила на него трость, гневно взирая на обнаженную грудь бесцеремонного субъекта, который расположился в спальне Сирены, как у себя дома.
– Наглости вам не занимать, Грейсон! – отрывисто произнесла она тоном, холодным и колючим, как арктический ветер. – Какого черта вы делаете в этом доме?
Ее резкий, с сильным акцентом голос вывел Трейгера из полусонного состояния, как ушат ледяной воды. Он попытался встать, но грозный рык Барона заставил его застыть в полусидячем положении. Понимая, что объяснения не избежать, Трейгер с кислым видом уставился на закрытое вуалью лицо Вероники, хотя предпочел бы плести невесть что в присутствии отряда британцев, чем объяснять старухе, что привело его в постель Сирены.
