Автор
В объятиях страсти, как мятежник над красою Колючей розы, бросается в обморок от ее изысканной прелесть. Рука протягивается к ней, и сердце прижимается к губам цветка нетленного, а сладкий аромат вдыхается. Но острые шипы вонзились в его душу бунтарскую, оставляя горький след. Книга раскрывает трагическую историю страсти и алчности, где неистовый нежданный жертвой становится сам романтик....
– Лейтенант злорадно хмыкнул. – Это твою голову он жаждет получить, дорогая, а вовсе не мою.
Схватив платье у нее под горлом, Брендон разорвал его до пояса. Сирена бешено извивалась под ним, стремясь дотянуться до его лица и содрать ногтями мерзкую ухмылку. Но силы были неравными, и в страхе она крепко зажмурилась, стараясь не думать о том, что ее ждет.
Колено Брендона вторглось между ее бедрами, а губы прижались к ее рту, заглушая крики. Задыхаясь, Сирена вывернулась из-под его мерзкого поцелуя, и ее отчаянный вопль разорвал тишину.
– Ненавижу тебя! – ожесточенно выдохнула Сирена, когда он оторвался, чтобы перевести дыхание.
– А я тебя презираю, сучка, и с превеликим удовольствием освобожу тебя от излишней гордыни… и всего остального. – И разорвал ее платье до бедер.
Сирена боролась изо всех сил, готовая скорее умереть, чем подчиниться. Его губы, его руки вызывали отвращение. Как же она ненавидела Брендона!
Вдруг дверь с грохотом распахнулась, и в мгновение ока Брендон отлетел к стене.
– Трусливое ничтожество! – Трейгер нанес ему точно рассчитанный удар в живот, от которого тот согнулся вдвое. – Не смей прикасаться к Сирене своими грязными лапами.
– Она не более чем дешевая потаскушка, – прохрипел Брендон, вцепившись ему в горло. – И ты знаешь это лучше, чем кто-либо.
Трейгер брезгливо оторвал его от себя и, увернувшись от кулака, сжал лейтенанта в медвежьих объятиях так, что у того чуть не треснули ребра. Брендон уперся ему в подбородок и ударил в солнечное сплетение. Но Трейгер снова отбросил его к стене и нанес несколько сокрушительных ударов. Свет померк в глазах Брендона.
Убедившись, что он больше не доставит хлопот, Трейгер повернулся к Сирене, стягивавшей на груди разорванное платье. Угрюмая гримаса исказила его лицо, когда он заметил царапины на ее шее и синяки на лице.
– Это Брендон постарался?
Сирена судорожно вздохнула и кивнула.
– А царапины – – дело рук Оливии, мачеха пыталась меня убить, это она застрелила моего отца.
Сирена вздрогнула, когда Трейгер осторожно дотронулся до ее распухшего лица, и опустила ресницы, боясь увидеть безразличие в его глазах.
– Это Брендон донес на меня и Натана. Он признался, что пытался убедить Хау снять моего отца с должности судьи.
