Автор
В объятиях страсти, как мятежник над красою Колючей розы, бросается в обморок от ее изысканной прелесть. Рука протягивается к ней, и сердце прижимается к губам цветка нетленного, а сладкий аромат вдыхается. Но острые шипы вонзились в его душу бунтарскую, оставляя горький след. Книга раскрывает трагическую историю страсти и алчности, где неистовый нежданный жертвой становится сам романтик....
Сирена почувствовала, что заливается краской под его беззастенчивым взглядом.
– Отвернитесь, мне надо одеться, – потребовала она. Его ухмылка расползлась от уха до уха и стала поистине дьявольской.
– Вот уж нет, дорогая. Я не в силах пропустить подобное зрелище, – поддразнил ее Трейгер.
– Тогда я останусь в воде, пока окончательно не замерзну.
Однако Трейгера это решительное заявление нисколько не смутило.
– Жаль, если столь очаровательная нимфа безвременно погибнет. Надеюсь, вы не испытываете особого отвращения к змеям.
Это спокойно произнесенное замечание вызвало у Сирены испуганный вопль. А когда, обернувшись, она увидела трех черных змей, то устремилась к берегу с одной лишь мыслью, что плывет слишком медленно. Сердце ее бешено колотилось от страха и возмущения. Незнакомец позволил ей так долго играть с опасностью! Сирена невольно приняла предложенную руку, чтобы побыстрее выбраться из воды, но тут же ее оттолкнула, как только почувствовала под ногами твердую почву.
– По вашей милости они чуть не напали на меня! Вы, сэр, не джентльмен!
Трейгер не заметил оскорбления, так как был поглощен созерцанием едва прикрытого девичьего тела. Мокрая рубашка не скрывала никаких тайн, и Трейгер вдруг с мучительной ясностью понял, что, несмотря на свой богатый опыт, никогда не видел ничего более прекрасного.
Он лихорадочно перебирал длинный список ослепительных красавиц, которых знал, и пришел к неутешительному выводу, что всем им далеко до мокрой – но от этого не менее соблазнительной – девицы, стоявшей перед ним и испепелявшей его гневным взглядом.
– Вам даже нечего сказать в свое оправдание? – запальчиво спросила Сирена, забыв о стыдливости.
Трейгер с насмешливым видом отвесил поклон, продолжая беззастенчиво разглядывать ее.
– Прошу прощения, миледи. Меня редко называют джентльменом, тут вы правы. Но я бы не позволил этим мерзким тварям вонзить свои ядовитые зубы в такой лакомый кусочек, даже если бы мне самому пришлось броситься в воду, чтобы спасти вас от столь ужасной участи.
Смерив нахального субъекта ледяным взглядом, Сирена обошла его и направилась к своей одежде, ограничившись презрительным замечанием:
– Сомневаюсь, что вы пожертвовали бы своими начищенными сапогами, не говоря о большем.
Трейгер не спускал восхищенного взгляда с ее изящной спины, длинных ног и округлых бедер.
– Когда нужно помочь девице в беде? – усмехнулся он.
