Автор
В моих самых светлых мечтах о счастье и любви, этот день казался предвестником вечности. Однако неожиданно меня ждала новая реальность — я покидаю родной замок навсегда, даже если это лишь для последней встречи. Хотя печально расставаться с этим местом и его обитателями, надежды на лучшее в моем последнем дне здесь оставались....
Неужели не скучала по своему любимому?
– Катись ты в бездну, проклятый безумец! – Я пыталась вырваться, но он держал меня мертвой хваткой.
И ведь магию применить я не могла! Кинжал сейчас был просто камнем, затаив все свои силы. Но если я выпущу магию, она проявится и в нем, тогда Эрион засечет сразу и, естественно, кинжал отберет.
– Ай-яй-яй, – он с укором покачал головой, – как-то ты раньше была поласковее со мной. Вилена, Вилена… Как же я разочарован… Но в память о нашей большой и светлой любви я позволю тебе посмотреть на возвращение в этот мир истинной мощи.
Тот мгновенно на четырех конечностях, на манер собаки, умчался вглубь замка.
А из тумана уже выныривали другие пожиратели. Подоспели папа с магистром, но им было ко мне не пробиться. Как и Тиару, пусть раненому, в крови, но все же живому. Эрион силком повел меня вперед. И я прекрасно знала куда – в зал с печатью.
– А у вас здесь мило! – Эрион с деланым любопытством осматривался по сторонам. – Уютненький такой замок для… Как ты там обычно говорила? Ах да! – И высокопарно изрек: – Для величайшего и могущественного древнего рода! Знаешь, меня так смешила всегда эта твоя тупая гордость. Смешила и злила одновременно. Но что поделать, ты была нужна мне живой. Ты мне помогала.
– Я? Помогала? – Я ушам своим не верила.
– Конечно, – очередная гадкая усмешка.
– Что за бред ты несешь?! – Хотя теперь было понятно, зачем он разыгрывал весь этот спектакль, но насчет магии он говорил явно что-то не то.
А Эриона при этих словах аж перекосило.
– Затем, что это изначально моя магия! Моя и моих собратьев! То, что вы с таким благоговейным придыханием называете «древней магией», это было нашей силой! Ровно до того момента, когда шайка негодяев отняла ее у нас! Ах да, прости, – демонстративно залебезил он, – неправильно выразился: шайка великих основателей.
