Или Андрей с Богданом что-то забыли?
Бросаю взгляд на оставленные у раковины контейнеры с едой. Захватив их с собой, подхожу к входной двери, поправляя полы халата. До меня не сразу доходит, что у Андрея все еще есть ключи. И звонить в дверь ему не обязательно.
Открыв дверь, я замираю на месте.
Это лицо… Земля уходит из-под ног. Мне приходится схватиться за дверной проем, чтобы устоять перед ним. Отчаянно мотаю головой из стороны в сторону, все глубже погружаясь в осколки штормовых вихрей. В его глаза.
Крика. Боли. Злости. Ярости. Агонии. Всепоглощения, восхищения, преклонения и подавления. Любви и трепета. Свободы выражения, открытости и уязвимости. Страсти на высшей ее точке. Он не пощадит меня, и его нежность ударит меня сильнее, чем любой из ударов.
Сердце словно исчезает внутри, растворяется. Дыхание сковывает, я не чувствую сокращение самой главной мышцы. Вся цепенею, лишь взгляд жадно бегает по мужскому лицу. И снова к глазам, к губам, опять к глазам… Все, чего хочу — обнять, прижаться, ощутить его кожей.
Накрывает, как всегда, с тройной силой, особенно после долгой разлуки. Подавленные животные инстинкты встают на дыбы, просыпаются. Все мое нутро видит в нем и признает своего мужчину. Мы словно мгновенно становимся единым целым, считываем состояние друг друга.
Состояние, чувства, ощущения. И это как глоток свежего воздуха — жизнь не из ума, а из сердца.
Разума нет, как и мыслей. Усилием воли я могла бы захлопнуть дверь перед его носом…
Это и собираюсь сделать. Рефлекторно пытаюсь закрыть, но Дима идет вперед, вторгается в мое личное пространство. Словно хищник подходит ко мне вплотную и самку свою обнюхивают. У него даже ноздри, мать его, раздуваются. Я нервно губы кусаю и дрожу перед ним, словно лань в угол загнанная.
— Что ты тут делаешь? — пячусь назад, забывая о Роберте… Еще чуть-чуть и он увидит ребенка, да и надолго его оставлять нельзя. — Какого черта, Дим? — сипло шепчу я, не в силах говорить даже.
Черт возьми, конечно, он увидит его, вопрос времени. Не так я себе все представляла, не так…
Запах кожи его чувствую. Знаю, что стоит лишь ему в охапку меня взять, и я сдамся, не смогу устоять перед жаждой его тактильности.
— И не говори, что не ждала меня, — жёстко декларирует Коваль, удерживая свой взгляд на моих ключицах.
Там, где на тонкой подвеске я храню его кольцо, что красиво украшает выемку между ними.
— Ты посмеяться приехал, Дим? — устало произносит Эля, окидывая меня воинственным, непримиримым взглядом. — Прости, но ты выбрал неудачный момент, и шутки у тебя несмешные.
— Может, кофе угостишь, или так и будем стоят в коридоре? Я вообще-то сразу с самолета, — бессовестно давлю на жалость, с трудом сохраняя спокойный тон.