Он обращается ко мне:
– А как насчет тебя, Пиппа? Могу я рассчитывать на запись в твоей бальной книжке?
Рядом со мной Джейми грозно пыхтит.
Я смотрю на него. Он убрал руку со спинки дивана, но я все равно чувствую его тепло.
– Моя бальная книжка на сегодня заполнена. Но спасибо за предложение.
Джейми сверкает глазами на Рори, но прежде чем успевает произойти что-то нехорошее, рядом с Джейми усаживается Хейден.
– Штрайхер, ты идешь играть с нами в пул.
Джейми неуверенно переводит взгляд с меня на Рори.
– Иди, – говорю я, кивая в сторону бильярдных столов. – Хейзел защитит меня, у нее острые зубки.
Хейзел оскаливается на Джейми, и я смеюсь. А Рори просто пялится на Хейзел с вожделением.
– Скоро вернусь, – поглаживает меня Джейми по спине, прежде чем пойти за Хейденом.
– Итак, – облокачивается Рори на стол, – вы двое.
Я натянуто улыбаюсь и пожимаю плечами.
Он смотрит на меня игривым и заинтригованным взглядом.
Мне хочется рассмеяться от радости, и у меня краснеют щеки.
– Это точно, – продолжает он и оживленно кивает. – Ты нравишься ему больше, чем любая другая на моей памяти.
От этих слов у меня мурашки по коже, и мне приходится прятать улыбку. Может, у меня и есть к нему чувства, но я пока не готова признаваться в этом другим. Я даже не до конца открылась перед Хейзел.
– Я для него просто ассистентка, – вру я.
Он недоверчиво фыркает.
К моему облегчению, к нашему столу подходят еще несколько ребят с напитками и прерывают разговор. Я оборачиваюсь и смотрю, как Джейми играет в пул с Хейденом и Алексеем.
– Ну что, ребят, – говорит в микрофон фронтмен группы через несколько минут. – Мы сделаем небольшой перерыв до полуночи, а еще у нас будет особый сюрприз.
Джейми и Хейден продираются сквозь толпу, и Джейми смотрит прямо на меня.
– У нас здесь присутствует еще один музыкант, и она споет нам свою песню! – говорит в микрофон певец, и губы Джейми расплываются в улыбке.
– Встречайте, Пиппа Хартли!
Мои глаза округляются, пока весь бар аплодирует и приветствует меня, а половина посетителей глядит в мою сторону. Я продолжаю окаменело сидеть на месте.
– Что? – обращаюсь я к Джейми, а мой пульс снова разгоняется и уже переходит на стремительный галоп, шумя в ушах.
Он наклоняется к моему уху и тихо произносит:
– Поднимайся на сцену, пташка. Я хочу послушать свой рождественский подарок вживую.
Я смотрю ему в глаза, и мои губы размыкаются. Я моргаю, но его взгляд удерживает мой.
Когда я пела в «Грязном фламинго» в Ванкувере, там было от силы человек тридцать, в основном команда. А это место набито под завязку. Только у бара стоит очередь из восьми человек. Все стулья и столы заняты, остались только стоячие места. Тут минимум двести посетителей.
Я меня сердце уходит в пятки.