Автор
Катарина медленно и элегантно выстраивалась в танце для своего поклонника, который давно уже не посещал приватные вечеринки. Сегодня она сделала исключение, чтобы удовлетворить его любопытство и желание. Её тело было обнажено почти полностью — лишь красные шорты-стринги на нижней части туловища добавляли яркого контраста к черным чулкам из сетки, придавая ей интригующую, но отнюдь не вульгарную манеру....
Глава 15
Лучшим средством, чтобы очистить сознание, является душ, решила Лика и, недолго думая, отправилась в душевую для танцовщиц. Смыть с себя липкую усталость, пот после танцев и паутину непонятных, расплывчатых эмоций, мешающих привычному рационализму. Минут десять Анжела принимала водные процедуры, и прохладная влага постепенно успокаивала расшалившиеся нервы. Жаль только, что память нельзя было смыть в канализацию.
— Ангелок, почему ты тут прячешься? — ласковый голос заставил встрепенуться и раскрыть глаза.
До того, как заснуть, Анжела лежала в гамаке и читала книгу, не желая участвовать в сборище придурков, пытающихся демонстрировать свою исключительную значимость. Андрей пытался найти инвесторов для своего нового проекта, не связанного с клубным и ресторанным бизнесом.
— Ты же знаешь, что меня не слишком прельщают все эти сборища, — лениво произнесла она, едва заметно улыбаясь.
Он подошел и завалился в гамак рядом с ней. Откинул ей за спину, выбившийся из небрежно собранной гульки, локон. Лика давно хотела обрезать волосы хотя бы до лопаток, но Андрюшке нравились её бесконечно длинные волосы.
— Ангелок, тебе придётся привыкать к этим сборищам, — задумчиво произнес Поздняков, — как моя жена, ты обязана будешь сопровождать меня.
Анжела стрельнула в него острым взглядом, пытаясь понять, шутит ли он. Андрей находился в философском состоянии покоя, даже расслабленности.
— Это предложение? — она приподняла бровь и вопросительно на него глянула. Со стороны выглядела Лика совершенно спокойно, хотя внутри всё разрывалось от радости. Она так сильно хотела стать его женщиной, его женой, матерью его детей…
— Оно самое, ангелок, — улыбка на его губах обозначилась отчетливей.
