Автор
В оковах его власти — это интригующий СИ-автобиографический роман, где запах сливок и свежих цитрусовых лимонов придает атмосферу неприступной сладости. В дремоте вы можете проникнуть в мир чужой мечты - о любви, которую можно испытать лишь во сне. Но здесь нет роковой барьер, и нет тягостного сравнения со старшинством. Здесь молодость расцветает без гнета разумных границ....
Я не буду сидеть и плевать в потолок, когда тебе плохо, ясно?
Еще бы мне не было ясно, когда эти широкие брови сходились на переносице в злобном выражении, а глаза пускали молнии. Спустя пару секунд сразу же потух, проведя пальцем по моим губам.
Вместо положенного срока я провела в больнице чуть ли не месяц, и только после всех заверений врачей «ВСЕ НОРМАЛЬНО, АЛЕКСАНДР ПАВЛОВИЧ. МОЖНО ВСЕ, ДАЖЕ СЕКС, ТОЛЬКО ЕЗЖАЙТЕ УЖЕ ДОМОЙ РАДИ БОГА» наконец-то очутилась дома.
Моя выписка явно стала самым радостным событием для врачей за последнее время.
Ну у меня есть очень талантливый во всем мужчина…разберется.
ГЛАВА 31
БЕЛОВ
Я заканчивал последние приготовления, прежде чем человек, устроивший мне нервотрепку, навсегда исчезнет из моей жизни. Нет, убивать я его не собирался. Но подвернулся совсем другой шанс, а благодаря Вахе, я смог бы еще и обогатиться. Оказать услугу генеральному прокурору всегда полезно, никогда не знаешь, пригодится ли его содействие.
Кракен зашел и молча кивнул, что все готово. Я бросил взгляд на часы и довольно улыбнулся. Осталось совсем чуть-чуть. Самая малость, чтобы больше никто не смел вторгаться в мою жизнь и в жизнь моих близких.
—Газеты?
—Наши, — флегматично ответил глава службы безопасности, листая что-то в смартфоне.
Все теперь были наши, а сколько мне это стоило…лучше не думать, оно по итогу того стоило.
Вопрос с Василисой я решил, отчего получил доброе слово от сына.
—Едем? — прервал мои размышления Кракен, и я скинул с себя наваждение. Вечером. Все остальные радости будут лишь тогда, когда я избавлюсь от твари, портящей мне жизнь.
—Едем."
"Я сел в автомобиль, тщательно проверенный до этого моей командой. Теперь никакие поездки не начинались без подобных осмотров. Мы знали истинного врага в лицо и рисковать было нельзя. Я не мог допустить, чтобы со мной случилось бы хоть что-то. Нет.
