Автор
Мэр Александр Белов дает второй шанс женщине, которая должна была исчезнуть из его жизни. Но когда она неожиданно возвращается, он понимает, что не может отпустить ее. Страсть, опасность и моральные границы размываются, когда власть встречает сопротивление в его собственном сердце.
Чтобы наконец-то знать, что никто не посмеет тебя и пальцем тронуть, — он пьяным голосом шептал мне в ухо слова, от которых кровь вставала в жилах. А я только и могла, что сдавленно дышать и молиться, чтобы кто-то сюда зашел, потому что я не смогла бы дать отпор. Что он говорил? Разве этот тот мужчина, который еще недавно вежливо спрашивал, как мое самочувствие?
Нет, это не могло быть правдой, мне все это снилось! Я понимала одно: Белов пьян и не вспомнит ничего, что бы ни произошло…И даже за это никто не понесет никакой ответственности, и никто меня не спасет.
Между нами километры разницы: возраст, статус, положение, а я сижу в его жестких объятиях словно парализованная, и не нахожу ни одного разумного довода оттолкнуть от себя. Он хотел домой…да.
—Саша, давайте я просто вызову вам…— широкий лоб тяжело опустился на мой, его губы были в сантиметрах от моих. Глаза в глаза — в них видно всю вселенную. Длинные ресницы медленно поднимались и опускались. Щетина методично царапала мою кожу, изводя нервные окончания.
—ШШШ, мы просто помолчим, вот так помолчим, — мужчина тяжело выдохнул и прижал меня к себе еще ближе, как будто было куда. Позвонки начали хрустеть от давления, оказываемого на них.
Дыхание перекрылось, просто легкие захлопнулись, осталось только сильное жжение в области груди. И его руки на мне, дарящие тепло, ощущать которое мне нельзя.
ГЛАВА 20
БЕЛОВ
Я бредил сном, где меня снова и снова преследовала она. Уж не знал, сколько мне нужно выпить, чтобы не видеть ее, не знал, как избавиться от чертового наваждения, и я решил поддаться искушению. Просто принять эту нереальность в своей голове, чтобы окунуться в то, что я методично себе запрещал.
Жизнь все-таки сука, она раз за разом толкает меня в то, что пережить уже кажется невозможным.
И все было как наяву, все так, как я себе и представлял когда-то. Мне казалось, что даже лучше, запредельно, идеально.
Маша совсем еще девочка, у которой вся жизнь впереди без меня, и я это понимал, однако не в тот момент.
Впервые во сне я слышал запахи и мог почувствовать тепло кожи. Втянув поглубже аромат цитрусов, я зарылся носом в распущенные мягкие волосы, водопадом струящиеся по изящной спине. Совсем как живая. Совсем как в реальности. Я провел губами от шеи до виска, запечатлев невинный поцелуй. Словно украденный, не позволенный мне. Но это сон, и все запреты сняты, остались больные фантазии и такой же ублюдочный зритель, мечтающий стать активным исполнителем. Сегодня можно.
