Автор
Рашид-Аль-Харим пережил невероятные изменения. Теперь он Шейх, но эти новые звезды не могут затмить боль от потери близких и утрат. Его сознание медленно трансформируется под натиском власти и ответственности, придавая всему этому удивительную атмосферу загадочности и давления....
— И есть доказательства того, что шейха неоднократно посещала и звонила по телефону в их офис в Сиднее, прежде чем приехать в Каджаран.
— Но она сказала мне, что не имеет никакого отношения к кузену, который живет в Сиднее. Есть ли еще один кузен?
Карим снова поклонился.
— Мне очень жаль, сир. Есть только он.
Хрупкий новый мир Рашида раскололся вокруг него, снова оставив его потрясенным и жестоким, таким же, каким он был, когда узнал о многолетнем обмане своего отца. Но обман Торы ранил еще глубже, потому что она держала его за дурака.
"— Дело не в деньгах, — как-то сказала она ему, а сама отправляла это сообщение своему кузену.
Дело было не в деньгах?
Лгунья.
— Значит, ее брат мошенник, — натянуто произнес Рашид. — Без сомнения, именно поэтому ей так срочно понадобились четверть миллиона долларов и еще полмиллиона, чтобы она могла внести за него залог.
— Кажется так, сир.
Рашид закрыл глаза и повернул голову к потолку. Он должен был отдать ей должное, все эти разговоры о том, что деньги ничего не исправят.
Его богатство.
Предательство окутало его отравленными объятиями. Была причина, по которой он ни с кем не сближался. Была причина, по которой он предпочитал бродить по этому миру в одиночку.
— Карим, как только братья пустыни и их жены уедут сегодня, я хочу, чтобы ты вывел Атию из апартаментов Торы и поставил охрану у ее двери.
Карим склонил голову.
— Будет сделано. Мне жаль, сир.
— Почему ты сожалеешь?
— Что настоял на срочности вашего брака, чтобы усыновить Атию.
— Боже, Карим, ты же не виноват, что я связался с Торой. Я выбрал ее. Мне следовало подождать, пока ты найдешь мне подходящую жену.
— Какое-то время я думал, что из нее получится хорошая шейха.
Рашид стиснул зубы. Он думал так же, чувствуя себя еще больше одураченным.
* * *
Тора выпила кофе и йогурт с фруктами на террасе, чувствуя себя счастливее, чем, казалось, когда-либо. У нее болели самые разные места, о которых она и не подозревала, что они могут болеть, и она ничуть не возражала, потому что каждая боль напоминала ей о том, почему это происходит, и каждое воспоминание заставляло ее снова улыбаться.
