Автор
Рашид-Аль-Харим пережил невероятные изменения. Теперь он Шейх, но эти новые звезды не могут затмить боль от потери близких и утрат. Его сознание медленно трансформируется под натиском власти и ответственности, придавая всему этому удивительную атмосферу загадочности и давления....
Что бы ты почувствовала, узнав все это?
Под тяжестью его пустых глаз она все увидела.
Измотанный. Опустошенный. Злой. И у нее перехватило дыхание. Он был разбит и зол в ту ночь, когда они встретились, потому что в тот день он узнал правду. Боже, у него были веские причины. Неудивительно, что он не воспринимал Атию, ребёнка своего отца, который бросил его три десятилетия назад.
Она смотрела на поверхность воды и рябь, которая искрилась под жарким солнцем.
— Зачем мужчине так поступать со своим ребенком?
Рашид смахнул насекомое на ногах.
— Очевидно, он защищал меня, — сказал он. — Защищал нас обоих. — И он рассказал ей о том, как его отца выбрали преемником эмира, о заговоре с целью избавиться от отца и ребенка, а также о последовавшем за этим изгнании и разлуке.
— И он ни разу не связался с тобой за все это время.
— Нет.
— Значит, тебя воспитывали незнакомые люди?
Он откинулся на локти.
— Мои домашние были моими опекунами. Хорошая пара, я полагаю, но я никогда не чувствовал себя своим.
Это так много объясняет о человеке, которым он стал. Неудивительно, что он чувствует себя так плохо подготовленным для ухода за ребенком.
— Какой трудный, холодный путь взросления.
— Думаю, это было не так уж плохо. То, чего мне, возможно, не хватало в любви, они восполняли привитием дисциплины. Я был идеальным учеником в классе или на поле.
Дисциплина и только, но нет любви, никакого тепла.
— Как думаешь, ты останешься? Станешь новым эмиром?
Рашид вздохнул.
— Я не уверен, — честно признался он. — Мой отец предпочел не говорить мне ничего из этого, я думаю, что, в конце концов, он ценил свою свободу, и он не собирался заставлять меня играть роль, которую, как он знал, сам избежал. Либо так, либо он решил, что одного покушения на мою жизнь достаточно.
— Это опасно? — Спросила Тора."
"— Карим говорит, что нет. Очевидно, чем дольше правил Малик, тем большим шутом он становился, заинтересованный только в удовлетворении своих собственных аппетитов. Все знают, что последние три десятилетия были потрачены впустую. Люди хотят перемен.
Рашид уставился куда-то вдаль. Зачем он все это ей рассказывает? Но каким-то образом облечь это в слова помогло. Каким-то образом ее вопросы помогли.
