В плену снов — роман о мистическом приключении, где вера и усталость взаимозаменяемы. В центре сюжета находится Джеймс Фостер, человек, в поисках решения своего тяжелого заболевания обращается к различным специалистам. Но только под влиянием одних из них — доктора Дэвида Стаффорда-Кларка и его команды он приходит к осознанию того, что его беда связана с неизведанными проявлениями мира снов....
Мы ловим всего лишь узкую полосу, небольшую их часть. Наш мозг либо не способен принимать остальные, либо он как бы отфильтровывает их, сохраняя только те, которые нам необходимы. Возможно, что-то нарушилось в вашей фильтрационной системе, и в своем сне вы улавливаете обрывки мыслей других людей.
– А они будут зафиксированы на ваших графиках?
– Надеюсь, что да. Мы надеемся, что сможем отыскать некоторое общее отклонение от нормы в людях, у которых бывают предвидения.
– А как насчет моих, ну… прошлой ночью?
– К сожалению, мы не записывали ваш сон достаточно долго, чтобы дать ему истолкование.
– А как же эта телепатическая теория объясняет мой сон о балконе?
– Сны могут быть очень непонятными. Сны-предвидения и сны с предварительным знанием смешиваются с процессами сна и прячутся в символах. Самое трудное – разложить их на части.
– А какие символы вы усматриваете в том балконе и в строительных лесах?
– Ну, падение… на какую-то женщину… часто связано с падением… э-э-э… с уступкой сексуальным притязаниям… – Он беспокойно пошевелил руками. – Э-э-э… с половым актом.
«Добрый старина Зигмунд[20]. Я знала, что и вы не сможете обойтись без него».
Сэм почувствовала, что ее лицо становится пунцовым.
Тот сон не имел никакого отношения к строительным лесам. Или имел?
По его лукавому взгляду и выражению лица она поняла: он сообразил, что затронул чувствительный нерв.
– Символизм… – продолжил он уже несколько живее. – Далеко не всегда можно, видите ли, истолковывать сны с его помощью.
– А в чем заключаются остальные теории?
– В сверхъестественном, разумеется.
Он насквозь проткнул свою пиццу вилкой, словно пытаясь выпустить из нее весь пар.
– А вы верите в сверхъестественное?
– Ох. – Он перевернул вилку в своей руке. – Я ведь ученый. Официально нам не разрешается верить в сверхъестественное.
– А неофициально?
– Это вопрос терминологии.
– А вы верите в привидения?
Он поскреб свою бороду, потом щеку, немного опустил голову и наконец произнес:
– У меня нет каких-либо… свидетельств… связи между привидениями и предварительными знаниями.
