В плену снов — роман о мистическом приключении, где вера и усталость взаимозаменяемы. В центре сюжета находится Джеймс Фостер, человек, в поисках решения своего тяжелого заболевания обращается к различным специалистам. Но только под влиянием одних из них — доктора Дэвида Стаффорда-Кларка и его команды он приходит к осознанию того, что его беда связана с неизведанными проявлениями мира снов....
В биографии автора, напечатанной рядом, загнутой, сообщалось:
«Колин Хэйр, доктор философии, доктор естественных наук. Член Совета Британского психологического общества. Награжден Лондонским университетом медалью Карпантера за выдающуюся новаторскую работу. Считается ведущим британским специалистом по истолкованию снов, постоянно читает лекции в самых разных странах мира».
Сэм пролистала несколько страниц и перешла к указателю. Капюшон… Капюшон… «КАПЮШОН, см. Маска»."
"«Видеть во сне себя или других в капюшоне или в маске – предупреждение о возможном обмане вас кем-то, кому вы доверяете.
И все. Она отыскала слово «цифры».
«Три: мужские половые органы. Отец, мать, ребенок. Святая Троица».
«Пять: плоть. Тело. Жизнь».
«Любые буквы алфавита означают приятные новости, ждущие вас в пути».
– Мамбо-джамбо[5], – пробормотала она.
Некоторые люди способны решать кроссворды в газете «Таймс» за четыре минуты. Но только не она, вот уж никогда.
Она услышала шум воды в радиаторе и почувствовала на шее резкий холодный сквозняк. И снова перепугалась, ощутив, как мурашки ползут по всему телу. Дверь комнаты щелкнула, приоткрылась немного и захлопнулась, потом снова открылась: щелк-щелк.
Справа от нее послышался более громкий щелчок, зеркальная дверца гардероба медленно распахнулась. Ее сердце бешено колотилось в груди, когда она, застыв от ужаса, пристально смотрела в темноту гардероба.
Вверху, на потолке, послышался скрип дерева, потом еще, словно кто-то бродил по перекрытиям. Казалось, что вся комната оживала вокруг нее.
Сэм вышла на лестничную площадку, спустилась до середины лестницы, потом остановилась и внимательно посмотрела назад, стараясь успокоиться. Она все еще слышала перезвон вешалок, как будто там играли на музыкальных треугольниках.
11
– Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать. – Сэм лукаво посмотрела на Хэлен.
– Да, я поставила девятнадцать.
Длинный стол на козлах в обеденной комнате был накрыт яркой скатертью, а на ней девятнадцать бумажных тарелочек, желто-розовые салфетки и бумажные стаканчики в красно-синюю полоску. Стены украшены воздушными шариками и лентами, а на одной стене большой транспарант с надписью «С днем рождения, Ники».
– Очаровательно смотрится, не правда ли?
Голос Хэлен дрожал от волнения, и Сэм улыбнулась, довольная ею.
