Пыльная, обшарпанная и подгнившая, она скорее вела в преисподнюю, а не на чердак. Я поднялась к деревянной двери, запертой засовом с внешней стороны.
— Кто тут? — раздался голос Эллы. — Выпустите меня! Анастасия, это ты? Помоги мне! Она закрыла дверь! Прошу!
— Сейчас, — я почему-то растерялась, проглатывая появившуюся тревогу, прежде чем поднять засов.
Элла сразу же вышла. Ее глаза лихорадочно блестели, а на костяшках виднелись свежие ссадины.
Из комнаты веяло запахом мокрой собачьей шерсти и еловыми ветками. Я попыталась заглянуть в помещение, но Элла быстро закрыла за собой дверь.
— Надо бежать, иначе они уедут… — она схватила меня за руку.
— Они не уедут, — я пожала плечами, — Венди хотела, чтобы обе ее дочери примерили туфельку. Они ждут, когда я приду.
— Но тогда почему ты здесь?
— А что тебя удивляет?
— Вместо того, чтобы мерить туфлю, ты решила выпустить меня, — она непонимающе нахмурилась, продолжая тяжело дышать. — Почему?
Ее озадаченность была такой искренней, словно все это время она сомневалась, что я по-настоящему встала на ее сторону, и думала обо мне, как о злобной сестре. Плохо дело, потому что судьба жабы все еще маячила совсем близко.
— Мы же сестры, — сказала я, натягивая милейшую и абсолютно фальшивую улыбку, — туфелька мне бы и не подошла, потому что она твоя и ждет именно тебя.
— Но я ведь отправила тебя к Румпельштильцхену, зная, что он скорее всего станет твоей погибелью.
— Обидно, — кивнула я, — но простить можно. Я не держу на тебя зла, Элла. И ты не держи.
«И не превращай в жабу».
— Анастасия… Спасибо, правда, спасибо тебе, — она порывисто обняла меня, крепко-крепко стиснув плечи. — Я люблю тебя.
Внутри все похолодело, потому что признание в любви прозвучало гадко и с такой интонацией, с какой обычно желали зла. Я поспешила отстраниться, пока мне не воткнули нож в спину. И промямлила:
— Следуй за своей мечтой, Элла.
Она улыбнулась и побежала вниз навстречу своему «долго и счастливо». В тот же миг мне показалось, что за дверью, в комнате Золушки раздалось звериное рычание. Я положила ладонь на дверную ручку, но сразу же одернула ее, потому что решила не усложнять сказку. Пусть некоторые тайны останутся между строчек, ведь в моей истории уже хватало сюжетных поворотов.
Я спустилась в главный зал в тот момент, когда хрустальная туфелька идеально села на ногу Золушки. Усатый мужчина поправил золотые эполеты и поклонился:
— Мое почтение, прелестная леди.