Но про себя подумала, что перечисленного, пожалуй, маловато для того, чтобы считать отношения между двумя людьми — мужчиной и женщиной — настоящей любовью.
— И теперь я грущу, — поведала Натаха, в самом деле с грустью глядя на стоящую перед ней на столе бутылку водки. — И утешаюсь, как могу.
Выпив еще рюмку, она не то чтобы повеселела. Но снова разговорилась:
— А Маша эта та еще оторва! — сообщила она Кире.
— Она мужу своему изменяла!
Это была ошеломляющая новость. И Кира буквально застыла с открытым ртом. А несчастный бутерброд с рыбой снова не попал по назначению.
— С чего ты взяла? — прошептала она наконец, изумленно глядя на Натаху.
— С того, что своими глазами ее с другим мужчиной видела!
— Там, где она вечно ошивается со своими лошадями. На конюшне на своей!
В ответ Кира задала ей вполне резонный вопрос.
— А сама ты там что делала? С Димой хороводилась?
— И вовсе даже нет! — обиделась Натаха. — Димы там и в помине в тот раз не было. А вот Маша со своим милым прикатила. На его машине. Вылезли, обнялись. И давай она все ему там показывать. И на манеж, и где лошади стоят его стаскала. И даже к себе в домик пригласила. Не на пять минут, между прочим. Целых полтора часа у нее сидели. Запершись!
И Наташа с торжеством посмотрела на Киру. Мол, понимаешь, к чему я клоню? Кира понимала, но у нее упорно не укладывалось в голове, как это умница и тихоня Машка вдруг взяла и решилась изменить горячо любимому мужу. Да еще там, где ее всякая собака знала и могла донести мужу. Или они с Лесей что-то проглядели в этой девушке? Но пока Кира решила не торопиться и расспросить Натаху поподробнее.
А та и не отказывалась:
— Ясное дело, все расскажу. Парень был ничего себе. До Димы ему, конечно, как до луны было. Но если не брать Диму в расчет, то очень даже ничего кавалер получался. Длинный только и тощий. Не в моем вкусе.
— Длинный и тощий? И на машине?
Это Кире напомнило приметы одного человека, о котором она искренне хотела бы забыть. А именно — Игната.
— А если поподробней?
— Нос длинный. А так я его особенно не рассмотрела. Но машина у него была неплохая. «Шкода», и к тому же почти новая. Знаешь, как немцы «Шкоду» выкупили, так она совсем приличной машиной стала. Я тоже себе тачку присматриваю, поэтому знаю, что говорю. Цвет противный. Зеленый. А машина хорошая.
Но Кира уже не слушала ее болтовню.
— А звали этого парня как? — пробормотала она.